суббота, 13 июня 2009 г.

Когда мы были молодыми…

В юбилейный для Дальневосточного отделения РАН год его семидесятипятилетия мы начинаем рубрику «Они росли вместе с ДВНЦ АН СССР – ДВО РАН» рассказом об известном сегодня математике. Тогда, в начале семидесятых годов, когда возник Дальневосточный научный центр АН СССР, выросший из Сибирского отделения, он, выпускник Московского физико-технический института, следуя зову души, приехал на Дальний Восток, ставший ему родным. Наш рассказ – о Гурами Шалвовиче ЦИЦИАШВИЛИ, докторе физико-математических наук, заместителе директора по научной работе Института прикладной математики ДВО РАН.

Гурами Шалвович окончил МФТИ в 1972 году. Окончил хорошо: диплом с отличием, золотая медаль за победу на Всесоюзном конкурсе студенческих научных работ и четыре публикации в центральных научных журналах. До сих пор это журналы ВАКовского списка. Кафедра рекомендовала его в аспирантуру, а план Гурами Шалвовича был такой: после окончания аспирантуры поехать на Дальний Восток.

– Гурами Шалвович, откуда вы родом?

– Я родился и вырос в Одессе. Моя мама, уроженка села Варваровка Николаевской области, а отец, как вы могли догадаться, из Грузии. Мама окончила техникум, работала финансистом на железной дороге. Отец, десятый ребенок в семье, после окончания института стал строителем-железнодорожником. В Одессу он был направлен для восстановления железной дороги вскоре после освобождения города от фашистов. Родители всю жизнь проработали на железной дороге, папа получил звание «Почетный железнодорожник СССР». Он был очень хорошим специалистом, мечтал о работе в науке. Известный грузинский математик, академик Николай Иванович Мусхелишвили звал его к себе в аспирантуру, но мое рождение сделало невозможным как поступление в аспирантуру, так и его возвращение в Грузию, куда он очень стремился.

– Как вы пришли в науку – математику?

– Я окончил школу в Одессе, основательно готовился по совету отца и с первой попытки поступил в Московский физтех, что по тем временам было непросто. Учеба была очень интенсивной. После окончания института я планировал поступить в аспирантуру, очень хотел заниматься наукой, но тут мне пришлось столкнуться с недобросовестной конкуренцией. Учеба в аспирантуре МФТИ оказалась для меня закрытой. Друзья из института посоветовали мне обратиться к Евгению Васильевичу Золотову. В Москве его можно было встретить в представительстве Дальневосточного научного центра АН СССР при Президиуме АН СССР. Но Е.В. Золотов редко бывал в столице, да и института у него в то время еще не было, некуда было пригласить молодежь. Зато я познакомился с Виктором Евгеньевичем Васьковским, ныне членом-корреспондентом РАН, в те годы главным ученым секретарем ДВНЦ АН СССР. Он повлиял на выбор моего жизненного пути, поддержал меня в намерении поехать на Дальний Восток, помог с оформлением документов и 8 августа 1972 года я впервые приехал во Владивосток.


«Научный десант»

– Таких как я выпускников центральных московских и ленинградских вузов приехало много в начале семидесятых. Это была правильная кадровая политика создания критической массы молодых пытливых умов. По прибытии, я устроился в Институт географии, отдел Евгения Васильевича Золотова, и меня отправили на улицу Ленинскую, 50. Там, в подвале Президиума, была библиотека, которую использовали как общежитие для молодых специалистов. Очень быстро мы все перезнакомились и сдружились чему, кстати, способствовала поездка в поселок Турий Рог на озере Ханка, куда нас отправили для строительства молочно-товарной фермы. После ударного труда на сельскохозяйственной ниве мой заведующий лабораторией пообещал взять меня к себе в московскую аспирантуру, но так случилось, что уехал в столицу сам. Я с нетерпением ждал его приезда, волновался, хотел, чтобы он поставил передо мной задачу. Он приехал и отправил меня в Институт биологии моря. Поэтому фактически первым моим руководителем здесь, не считая трехмесячной колхозной эпопеи, стал Валентин Леонидович Андреев, руководитель группы биопродуктивности, увлекавшийся математикой. Я решал для него некоторые задачки по распределению размеров рыб популяции в зависимости от обеспеченности пищей.
Нас к тому времени определили в пионерлагерь «Магаданец», на станции Океанской. Дружно и весело мы жили до весны, а потом молодых ученых из разных институтов перевели в общежитие фарфорового завода на бухте Тихой. Спустя полтора года мы переселились в комплекс гостиничного типа на улице Кирова, через который прошла большая часть научной молодежи ДВНЦ АН СССР– ДВО РАН. На долгие годы нас связали узы товарищества. Со свойственными молодости энергией, задором, широтой увлечений мои товарищи занимались не только наукой, профессиональной деятельностью, но и всем, к чему сердце лежало.

– Какими были ваши друзья тридцать лет тому назад?

– Назову некоторые имена, и пусть меня простят, если кого запамятовал, ведь прошло более тридцати лет. Так как я начинал свою работу в Тихоокеанском институте географии, у меня образовалось очень много знакомств, которые продолжаются и по сегодняшние дни. Это, конечно же, ныне академик РАН, а в те годы выпускник Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова, Петр Яковлевич Бакланов. Мы на него смотрели с восхищением: еще бы, человек имел два высших образования! Он окончил географический и экономический факультеты. Мастер спорта по боксу, а сегодня доктор биологических наук Евгений Ионович Болотин; секретарь комитета комсомола ДВНЦ, кандидат экономических наук Юрий Алексеевич Авдеев; кандидат географических наук Зинаида Ивановна Сидоркина. Тогда она только начинала научную деятельность, а сейчас это зрелый и очень инициативный исследователь в одной из самых, по моему мнению, актуальных и трудных научных дисциплин – демографии. Впрочем, список этот можно продолжать…
Работая в Институте биологии моря, познакомился и подружился с кандидатом биологических наук Андреем Анатольевичем Кубаниным. Андрей был классическим биологом. Широкоэрудированный, азартный, чем-то напоминал мне Паганеля. Его интересовали все живые существа, особенно мшанки. Он остро чувствовал несправедливость, был правозащитником по своей сути. К сожалению, его уже нет среди нас. Хочу упомянуть кандидата биологических наук микробиолога Владимира Ивановича Харламенко, с которым мы и сейчас «пересекаемся».
Работал и дружил с геологами. С Борисом Михайловичем Мездричем, не только геологом, но и руководителем клуба бальных танцев «Терпсихора» мы опубликовали несколько статей в геологических журналах. Он ушел из науки, заочно окончил ГИТИС и сейчас работает директором Омского русского драматического театра. Доктор геолого-минералогических наук Олег Васильевич Чудаев уже в те годы выделялся среди нас своими энциклопедическими знаниями и умел все «разложить по полочкам». Сейчас он заместитель по науке директора ДВГИ, настоящий академический ученый. Пару статей мы опубликовали с ныне доктором геолого-минералогических наук Владимиром Степановичем Пушкарем, человеком с хорошей интуицией, образным мышлением и очень заводным.
Хочу почтить память двух энергичных колоритных геологов. Они, Александр и Эммануил приехали из Донецка. Кандидат геолого-минералогических наук Александр Грановский прожил короткую яркую жизнь и «сгорел» мгновенно от рака. Эммануил Юсим... «Монечку» знали все! На редкость предприимчивый человек. На заре перестройки он работал заместителем директора ДВГИ по общим вопросам, потом ушел в коммерцию, работал на Камчатке, а год назад умер от инфаркта в Москве.
Одно время наша лаборатория размещалась в нескольких комнатах на «Кировке», а напротив работали экономисты. Тогда я познакомился с Виктором Алексеевичем Осиповым, выделявшимся своим полемическим характером, отличным специалистом, сейчас доктором экономических наук из Дальневосточного технического университета. Мы до сих пор общаемся с ним. Виктор доказывал и обосновывал необходимость развития, и даже возрождения судоремонта на Дальнем Востоке России. Сейчас его точка зрения поддерживается на самом высоком уровне.
Был знаком с хорошими ребятами из Института химии. Например, трое Александров: Александр Петрович Куликов, создатель объединения наукоемкого предпринимательства «Высокие технологии»; доктора технических наук: Александр Алексеевич Юдаков – один из лучших в то время наших баскетболистов, сейчас заместитель директора института по инновационной деятельности и Александр Сергеевич Латкин – мастер по рукопашному бою, сейчас работает на Камчатке. Саша Латкин водил меня на стенд на ЖБИ-2, показывал графики своих экспериментов. Сотрудничал с Григорием Григориевичем Глухоманюком, решал одну из задач по применению контактной гидродинамики к моделированию шарикоподшипников. К сожалению, Григорий уехал в Москву, и эта работа дальнейшего продолжения не получила. Анатолий Петрович Бабий, чемпион Приморья по шахматам, заражал нас всех своим энтузиазмом в части постановки и решения технологических задач. Сейчас он предприниматель, занимается судоремонтом.

– Гурами Шалвович, среди молодых дальневосточных ученых сразу ли было видно, кто местный, а кто из «научного десанта»?

– У приезжей научной молодежи чаще встречалась академическая подготовка. А местные – хорошо ориентировались в приложениях. Такая вот получилась взаимодополняемость. Часть из «десантников», те, кто стремились сделать быструю карьеру, скоро вернулись «на запад». Другие остались здесь, но не все продолжают работать в науке. По-разному сложились их судьбы. В девяностые годы многие ушли в политику, в бизнес. У некоторых получилось хорошо, например, Юрий Алексеевич Авдеев известен и в науке, и как удачливый политик. Знает коридоры власти и его в них знают, он регулярно выполняет работы по заказу краевой администрации. Но чаще всего результат был не столь удачным. Не буду называть имена.
Пути у людей разные и личная жизнь складывалась по-разному. Жаль, что некоторых уже нет среди нас …

В поисках своей судьбы

– Не жалеете, что приехали на Дальний Восток?

– Нет. Например, в родном городе Одессе для меня жилищная проблема казалась неразрешимой. Со своей «пробивной способностью» просто не видел никаких перспектив в этом вопросе. Я уехал из родительского дома в поисках своей судьбы. С моими родителями осталась моя сестра. Сейчас, после их смерти, она живет в родительском доме.

– А если бы попробовали жениться на генеральской дочке!

– Ну что вы, мои способности в поиске богатой невесты были просто равны нулю. С будущей женой, Ларисой Николаевной Гусевой, нас познакомила Евдокия Александровна Гаер. В первые годы перестройки Евдокию Александровну, сотрудницу Института истории и этнографии, представительницу малых народов, избрали депутатом. Она сделала политическую карьеру, защищала Сахарова в Верховном Совете СССР. Сейчас – доктор исторических наук, живет в Москве, преподает в престижных учебных заведениях. Благодаря Евдокии Александровне я встретил мою будущую жену.

Гурами и Лариса

– Расскажите немного о вашей супруге, Ларисе Гусевой. Она долгое время работала в Институте истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока?

– Лариса окончила художественно-графический факультет Хабаровского пединститута и с 1975 года работала младшим научным сотрудником под руководством известного археолога, доктора исторических наук Эрнста Владимировича Шавкунова. Она ездила в экспедиции, зарисовывала древние находки, изучала искусство чжурчжэней, что отражено в многочисленных публикациях. Благодаря Ларисе я познакомился с археологами, кандидатами исторических наук Александром Львовичем Ивлиевым, Владиславом Иннокентьевичем Болдиным, Надеждой Григорьевной Артемьевой, Владимиром Эрнестовичем Шавкуновым, а также с Валерием Александровичем Хоревым и Татьяной Афанасьевной Васильевой. А позднее – с докторами исторических наук Ольгой Васильевной и Владимиром Ивановичем Дьяковыми.
Помнится, в 1974 году мы с Ларисой работали на раскопках (а она тогда уже ждала ребенка), за три километра вместе ходили в деревню за молоком и медом…

– Гурами Шалвович, вы один из немногих научных сотрудников, имеющих многодетную семью: двоих сыновей и дочь. Это было в ваших планах?

– Конечно, это заслуга моей супруги. Я очень благодарен Ларисе, она как никто умеет находить нужные слова, поддержать в трудную минуту, успокоить, увести от стрессов. Мне повезло, что со мной по жизни идет рядом такой заботливый человек прекрасной души. У меня прочный тыл, поэтому я выдерживаю все перегрузки и чувствую себя уверенно. Наш старший сын Максим окончил ДВГТУ, работает инженером в ГипроНИИ и занимается проектированием водоснабжения. Младший сын Антон работает мастером по установке навесных потолков, оба сына отслужили армию. Дочь Саша учится в ДВГТУ на социального работника и работает инструктором по аэробике.

Свой взгляд на прикладную математику

– Наверное, в том времени, когда мы все были так молоды, лежит причина отличия моих взглядов на прикладную математику от взглядов очень многих моих коллег. Мы, молодые ученые ДВНЦ АН СССР разных специальностей, жили и работали вместе, «варились в одном котле». В экспедициях с биологами, геологами, историками я вживую познакомился с задачами, которые ставили передо мной. Много думал, как же подойти к их решению. С годами, с опытом кое-что стало получаться. Нужно было время, чтобы понять место этих задач в прикладной математике. Это проблема и сегодняшнего дня. Задачи из биологии, геологии, химии, экономике оказались очень сложными, даже в сравнении с задачами моих коллег из Москвы, Ленинграда, Новосибирска. Школа в то время еще не сформировалась, но постепенно во Владивосток стали приезжать очень сильные математики из Центра, да и я всегда старался поддерживать связи со столичными коллегами, моим учителем доктором физико-математических наук Владимиром Александровичем Калашниковым, преподавателями кафедры МФТИ, где я учился: членом-корреспондентом АН СССР Николаем Пантелеймоновичем Бусленко, доктором технических наук Игорем Алексеевичем Ушаковым.
Здесь же во Владивостоке меня особенно заинтересовали задачи, количественное решение которых с очевидностью плохо поддавалось математическим методам, традиционно используемым в механике, физике. Не уставал удивляться, как мои коллеги обходились без столь сложных методов при решении своих задач. Позднее стал придумывать нестандартные математические постановки этих задач, то есть по существу переводить на язык математики то, что делали мои коллеги без всякой математики. Оказалось, что такой стиль работы в прикладной математике достаточно продуктивен и, по моему мнению, имеет право на существование.
На моих глазах в науке произошли очень значительные перемены. Пережили тяжелые времена, проблемы с жильем, рабочими помещениями. Особенным был период с 1992 по 1998 год. Научные контакты в то время резко сократились и до сих пор не восстановились полностью. Из-за недостаточного финансирования работ практически невозможно было поехать в командировку. Но меня не оставляло чувство, что эти трудности временные. Математическое крыло постепенно окрепло, сформировалась целая группа из четырех математиков членов-корреспондентов РАН, которые работают очень настойчиво. Это более опытные и старшие по возрасту Николай Васильевич Кузнецов и Владимир Николаевич Дубинин, а также молодые и очень энергичные Виктор Алексеевич Быковский и Михаил Александрович Гузев. К сожалению, уйдя из жизни, из этой обоймы выпал директор-организатор нашего института, член-корреспондент РАН Виктор Павлович Коробейников.
Хорошо, что у нас формируется собственная школа, это предмет гордости, но не значит, что научные контакты становятся менее важными, чем в те годы, когда я начинал работать во Владивостоке. Двери лабораторий и институтов нужно держать открытыми перед новыми задачами. Иначе образуются «междусобойчики», зачастую весьма агрессивные. Они приводят к торможению роста, прежде всего научной молодежи, а иногда и к ее уходу из науки. Такого молодежного научного десанта, как в семидесятые годы, ожидать не приходится, но я рад, что на Президиуме ДВО РАН ставят и обсуждают вопросы укрепления связей с ведущими научными центрами, вузами. А это – преодоление «островного синдрома», о котором недавно говорил Сергей Михайлович Дарькин, губернатор Приморья.

…Наш герой счастливый человек. Утром он с удовольствием идет на работу. В институте – среди молодых людей, в техническом университете преподает студентам, а дома его окружают любимая жена и трое детей – им сейчас от 21 до 26 лет. Он уважает себя, не обижая других. Убежден, что работать надо каждый день, а не свершать трудовой подвиг, избегает психологических травм и не испытывает судьбу. Один из его принципов: не можешь изменить обстоятельства, измени свое отношение к ним. Он в хорошей физической форме: зимой бегает на коньках, летом занимается плаванием. Ему всего 58, он открыт всему новому и еще многое совершит...
10 мая 2007 года

Комментариев нет:

Отправить комментарий