среда, 19 мая 2010 г.

Ю.С. Оводов. Моя жизнь в науке. Часть 3.

(Продолжение. Начало смотреть здесь, часть 2 смотреть здесь)

Нам удалось несколько раз договориться с руководителями океанографических экспедиций брать на их суда, идущие в тропические районы, наших сотрудников. Эффективность работ несколько возросла, но не намного, поскольку эти научно-исследовательские судна имели очень ограниченное число заходов на острова и атоллы, и к тому же руководство этих экспедиций проявляло очень малый интерес к работам наших сотрудников. В итоге это привело к трагедии: в одной из экспедиций оставленные без присмотра трое наших сотрудников на островах Каргадос-Карахос в Индийском океане попали в шторм, их лодка-казанка перевернулась и затонула. В результате погиб сотрудник нашей лаборатории Виктор Говорченко. Но как говорится, «не было бы счастья, да несчастье помогло». Было отремонтировано старое судно «Каллисто», переданное ДВНЦ, и на нем прошла первая специализированная совместная экспедиция нашего института и Института биологии моря. Наших участников экспедиции, в составе которой работала и Р.Г. Оводова, возглавил заместитель директора нашего института Валерий Александрович Рассказов, во главе сотрудников ИБМ стоял доктор биологических наук, профессор Борис Николаевич Преображенский. Экспедиция эффективно поработала на о. Папуа Новая Гвинея, на австралийском большом барьерном рифе и еще на ряде островов и атоллов Тихого океана. Были получены очень обнадеживающие результаты, хотя условия для жизни, и особенно для проведения исследований на «Каллисто», были далеки от идеальных и даже от оптимальных. После трагедии в Индийском океане Ю.А. Овчинников в очередной раз отстоял наш институт от смены руководства. Ознакомившись с результатами работ на НИС «Каллисто», он, наконец-то, принял решение, а потом утвердил его постановлением на самом высоком уровне, о выделении Дальневосточному научному центру научно-исследовательского судна НИС «Профессор Богоров» для преимущественного его использования нашим институтом в тропических экспедициях. Судно не было специализированным, но на нем было довольно много лабораторных помещений, которые можно было перед экспедицией оборудовать необходимыми научными приборами и реактивами. Наши экспедиции чередовались с экспедициями других научных подразделений Центра. Это было неудобно и экономически невыгодно, поскольку приходилось завозить научное оборудование и снаряжение на судно перед экспедицией и вывозить все назад в институт после ее окончания.

И, тем не менее, в результате ряда проведенных экспедиций (две из них мне посчастливилось возглавлять в качестве начальника экспедиции) были получены впечатляющие сведения о химическом составе большого числа морских организмов и о свойствах выделенных веществ. Это были поистине прорывные данные.

С 1972 года начались совместные исследования морских организмов Карибского бассейна, проводимые сотрудниками нашего института, Института онкологии и радиобиологии Кубы (Гавана) и кубинского Института океанологии. Уже первые наши визиты и проводимые работы дали неплохие результаты, и в 1974 году мы с Г.Б. Еляковым прилетели в Гавану, где встретились с Президентом АН Кубы и председателем Госкомитета по науке и технике Кубы профессором Сойло Маринельо (впоследствии иностранным членом АН СССР), одновременно он же был директором Института онкологии и радиобиологии в Гаване. В результате очень эффективных и доброжелательных переговоров между нами был заключен договор о долговременном научном сотрудничестве и о совместных исследованиях морских организмов Карибского моря. В том же году на Кубу выехала группа наших сотрудников во главе с будущим доктором биологических наук, заведующим одной из лабораторий нашего института Михаилом Михайловичем Анисимовым. В составе группы была и Раиса Григорьевна. Были получены очень интересные результаты, выделены вещества, обладающие противоопухолевой активностью. Группа проработала 9 месяцев и опубликовала несколько научных работ. Затем группы регулярно сменялись, а исследования продолжались вплоть до 1987 года. Мы с Г.Б. Еляковым регулярно выезжали на Кубу, обсуждали с сотрудниками полученные результаты, корректировали ход исследований и каждый раз подводили итоги во время совещаний с руководством Кубинской АН (впоследствии на посту Президента АН Кубы С.В. Маринельо сменил Вильфредо Торрес Ирибар, с которым мы также многократно встречались и обсуждали возникающие проблемы).

В ноябре 2006 года мы с Раисой Григорьевной участвовали в работе Международного симпозиума по химии природных соединений, который состоялся в Варадеро, недалеко от Гаваны, где встретили двух сотрудниц Института онкологии и радиобиологии Минздрава Кубы. Три дня мы провели с ними вместе, воспоминаниям не было конца.


Встреча с кубинскими друзьями, сотрудницами Института онкологии и радиобиологии Минздрава Кубы. Гавана, ноябрь 2006 г.

В 1975 году наша лаборатория была преобразована в Отдел молекулярной иммунологии, работающий под моим руководством, в составе трех лабораторий. В лаборатории, возглавляемой кандидатом химических наук Р.П. Горшковой, продолжалось исследование ЛПС грамотрицательных бактерий, в лаборатории молекулярных основ антибактериального иммунитета, руководимой доктором химических наук, профессором Т.Ф. Соловьевой, изучалось строение и свойства полных бактериальных антигенов, представляющих собой липополисахаридбелковые комплексы, лаборатория химии неинфекционного иммунитета под руководством доктора химических наук А.Ф. Павленко начала очень успешные исследования онкофетальных антигенов, которые являются маркерами злокачественных опухолей.

В этой же лаборатории отдельная группа, руководимая Р. Г. Оводовой, вела всесторонние исследования биогликанов-иммуномодуляторов из морских моллюсков. Работа проводилась совместно с Н.Н. Беседновой и с профессором Владивостокского мединститута Валентиной Авраамовной Мирошниченко.

Сотрудниками отдела были получены очень весомые результаты, которые были опубликованы в ведущих международных и отечественных журналах, нашли отражение в многочисленных авторских свидетельствах. Наша с Раисой Григорьевной патентная деятельность впоследствии была отмечена знаками изобретателя СССР.

Разработанный А.Ф. Павленко способ ранней диагностики онкозаболеваний на основе раково-эмбрионального антигена получил широкое применение в онкологических учреждениях Кубы. В 2003 году нам с А.Ф. Павленко за работы в области онкофетальных антигенов была присуждена премия РАН им. Ю.А. Овчинникова.

Р. Г. Оводовой с сотрудниками из так называемого мидийного сока, отхода производства пищевых мидий, был выделен мощный биогликан-иммуномодулятор, названный митиланом, было выяснено его строение и показано, что он обладает высокой способностью стимулировать иммунную систему человека против бактериальных и вирусных инфекций. В институте он нашел широкое применение для профилактики заболеваний гриппом во время многочисленных эпидемий, а также в лечении фурункулеза и других инфекционных кожных заболеваний. Его высокая гидратантная способность и благоприятное влияние на кожу лица позволили изготавливать и производить на основе митилана различные, очень эффективные биокремы-гидратанты. Они выпускались рядом парфюмерных фабрик и фирм, включая московскую фабрику «Свобода», и пользовались большой популярностью до начала 90-х годов прошлого столетия.

А тем временем продолжались экспедиции в тропические районы Индопацифики на НИС «Профессор Богоров». Одна из таких экспедиций, которую я возглавлял, была посвящена изучению биогликанов-иммуномодуляторов из моллюсков Мирового океана. Проводила исследования Р.Г. Оводова вместе со своими сотрудниками и приглашенным из Москвы доктором медицинских наук, профессором Геннадием Андреевичем Ермолиным, заведующим лабораторией Всесоюзного кардиологического центра.


На борту НИС «Профессор Богоров». В центре:  Г.А. Ермолин.

Экспедиция проходила с 10 октября 1980 года и по 16 февраля 1981 года и работала на островах и атоллах Фиджи, королевства Тонга, Западного Самоа, Тувалу, Науру, Вьетнама. Было изучено большое число самых разнообразных моллюсков и было найдено, что все они продуцируют биогликаны-иммуномодуляторы, которые предохраняют их от злокачественных новообразований.


У здания Вьетнамского океанографического института. Нячанг, Вьетнам, февраль 1981 г.

Позже было показано, что они же оказывают мощное иммуностимулирующее действие на организм человека. В этом же рейсе А.Ф. Павленко обнаружил в ряде ракообразных наличие своеобразных гликопротеинов, которые с высокой степенью специфичности взаимодействовали с раково-эмбриональным антигеном. Эти биополимеры были названы онкопреципитинами, на них было получено пионерское авторское свидетельство (без прототипа) и было показано, что они могут использоваться в диагностических целях для раннего выявления онкозаболеваний.

Практически во всех работах на островах и атоллах нас сопровождали наблюдатели из тех стран, в которых проводились работы. Их задача заключалась в том, чтобы мы в процессе морских работ не наносили ущерба экологии. Очень часто на борту нашего судна был наблюдателем Барри Уилсон, один из крупнейших в мире морских экологов, автор многих книг по морским организмам, в то время Министр экологии Австралии. Мы сильно с ним подружились, часто он давал очень полезные советы и консультации по проводимым нами исследованиям и никогда не мешал работе. У нас на судне, будучи не женатым, он нашел подругу жизни, и они поженились. Свадьба состоялась в г. Находке, куда мы дружно ездили, чтобы поздравить молодоженов. До настоящего времени у них сохранилась очень хорошая семья, они живут в г. Перте (Австралия), и мы во время экспедиций не раз их посещали. В то время Австралия поразила нас не только своей красотой и чистотой, но и гостеприимством австралийцев, их душевностью в отношении к нам.


Встреча  в г. Находке. Слева: Раиса Григорьевна, Барри Уилсон и его супруга Валентина.

Результаты исследований, полученные во время морских экспедиций, были очень весомыми, и в итоге Ю.А. Овчинников пришел к выводу о необходимости строительства для ТИБОХ специализированного биохимического научно-исследовательского судна. Идея была горячо поддержана начальником ОМЭР (Отдела морских экспериментальных работ АН СССР) легендарным Иваном Дмитриевичем Папаниным, дважды Героем Советского Союза.

Мне посчастливилось в течение довольно длительного времени общаться непосредственно с Иваном Дмитриевичем в решении многих вопросов, возникавших в процессе организации морских экспедиций. Это был поистине великий, государственный человек, один из создателей очень мощного в то время научно-исследовательского флота АН СССР, осуществлявшего самые разнообразные экспедиции. Иван Дмитриевич следил за ходом наших экспедиций, часто расспрашивал меня о результатах проводимых нами работ и очень поддерживал наши исследования. В непростой в то время международной обстановке, он добивался разрешения для нашего судна не только на заходы в самые различные страны, но и на работу в этих странах на островах и атоллах, помогал получать дополнительные разрешения на заходы в процессе проведения экспедиций. Он обеспечивал нам ремонтные работы за рубежом, эти работы были качественными и, самое главное, в процессе ремонта мы не беспокоились о сохранности судового и научного оборудования. В руководимый им ОМЭР АН СССР были подобраны хорошо, без проволочек работающие сотрудники, с которыми легко было решать различные организационные вопросы и которые четко выполняли указания И.Д. Папанина.

И вот однажды позвонил мне из Москвы тогдашний председатель Дальневосточного научного центра академик Николай Алексеевич Шило и поинтересовался, где находится Г.Б. Еляков. Я ответил, что наш директор в данный период работает в экспедиции на НИС «Профессор Богоров» и находится на Сейшельских островах. Н.А. Шило настойчиво порекомендовал мне связаться с Еляковым и сообщить ему, что его в Москву приглашает Ю.А. Овчинников для согласования вопроса о строительстве нового специализированного судна для ТИБОХ. Николай Алексеевич поинтересовался у меня, какого водоизмещения нам нужно судно, и я назвал уже ранее согласованную нами цифру: 3600 регистровых тонн. Он передал эти данные Ю.А. Овчинникову, а на другой день в Москву из Виктории, столицы Сейшельских островов, прилетел Георгий Борисович и окончательно согласовал все вопросы. Вскоре вышло постановление о первоочередном строительстве НИС «Академик Опарин» целевым назначением для морских экспедиционных исследований ТИБОХ.


НИС «Академик Опарин».

После получения постановления радостный я пришел к И.Д. Папанину и сообщил ему эту весть. Но он охладил мой пыл, сказав, что, если он наденет все свои ордена и сходит в Минсудпром, то вторым или третьим в очереди на строительство мы будем, а на строительстве судна еще и попытаются сэкономить. Так оно и вышло: после похода Ивана Дмитриевича мы оказались вторыми в очереди, а из двух строящихся судов сделали три. При этом сокращать научные лабораторные помещения не решились, но заметно ухудшили условия проживания команды судна и научного состава. Во главе нашей группы проектирования судна встал Валерий Александрович Рассказов. Проектировали судно вместе с финнами, наша группа была командирована в Финляндию, где в Турку и было заложено строительство НИС «Академик Опарин». Затраты на его постройку составили более 36 млн. золотых рублей, огромная сумма по тому времени. На судне имелось 14 лабораторных комнат, оборудованных самым современным зарубежным научным оборудованием; на борту работала хорошо оснащенная всем необходимым водолазная станция для аквалангистов, прекрасный медицинский пункт, великолепный виварий для подопытных животных. НИС «Академик Опарин» представлял собой поистине современный плавучий институт. Регулярные морские экспедиции ТИБОХ совершались на нем до 1991 года, вплоть до распада Советского Союза.

В конце 1986 года в Дальневосточный научный центр приехала группа представителей Уральского НЦ АН СССР во главе с академиком Геннадием Андреевичем Месяцем. Обсуждался вопрос о преобразовании ДВНЦ и УНЦ АН СССР в Дальневосточное и Уральское отделения АН СССР соответственно. Это предложение Геннадия Андреевича было горячо поддержано руководством ДВНЦ и тогдашним Президентом АН СССР академиком Гурием Ивановичем Марчуком. В результате в феврале 1987 года произошло знаменательное событие: возникли новые Отделения АН СССР: Дальневосточное и Уральское. Академическая наука на Урале и Дальнем Востоке вышла на новый качественный уровень, в том числе, и в ее организационных формах.


Первое знакомство с Г.А. Месяцем. Обсуждение вопроса о преобразовании ДВНЦ в ДВО АН СССР. Владивосток, 1986 г.

В том же 1987 году Г.Б. Еляков освободил меня по моей просьбе от обязанностей заместителя директора института по научной работе, которые я исполнял в течение 20 лет: я остался заведующим отделом молекулярной иммунологии и еще стал заведовать лабораторией химии углеводов того же отдела. Заместителем директора по научной работе института был назначен доктор химических наук, профессор Валентин Аронович Стоник, который в 2003 году был избран в академики и в 2005 году, после кончины Г.Б. Елякова стал директором ТИБОХ, каковым является и в настоящее время.


С Раисой Григорьевной и В.А. Стоником на XVI Менделеевском съезде в Санкт-Петербурге, 26 мая 1998 г.

Мы с Раисой Григорьевной приняли участие в большом числе всесоюзных и международных форумов, где неоднократно представляли свои результаты в виде пленарных, устных и постерных докладов. Особо хочется отметить участие в работе большого числа регулярно проводимого Международного симпозиума по углеводам, а также участие в работе ряда всесоюзных Менделеевских съездов, где мы имели возможность обменяться опытом с ведущими учеными нашей страны.


С Н.К. Кочетковым на XIV Менделеевском съезде в г. Ташкенте, сентябрь 1989 г.

В 1990 году случилось еще одно очень важное событие в моей жизни. Здесь нужно сказать о той роли, какую сыграл в этом событии директор Института химии ДВО АН СССР член-корреспондент АН СССР Виктор Юрьевич Глущенко. Исполняя в то время обязанности председателя Президиума ДВО АН СССР, он, считая, что мною было много сделано для развития биоорганической химии на Дальнем Востоке, добился выделения по моей специальности вакансии члена-корреспондента АН СССР, и в декабре 1990 года на Общем собрании АН СССР я был избран на эту вакансию.

В 1991 году встал вопрос о выборе председателя Президиума ДВО РАН. Претендентов было двое: академики Г.Б. Еляков и В.П. Мясников. Последний в то время был директором Института автоматики и процессов управления ДВО РАН. В результате Г.Б. Еляков с большим преимуществом был избран председателем Президиума ДВО РАН. Наконец-то в борьбе за право заниматься исследованиями без искусственных помех мы одержали полную победу. Вскоре Г.Б. Еляков был избран вице-президентом РАН. Отдавая должное памяти Г.Б. Елякова, должен сказать, что он уделял большое внимание дальнейшему развитию Дальневосточного отделения, организации четкого взаимодействия институтов в проведении научно-исследовательских работ. ТИБОХ, не без активного участия Георгия Борисовича, оснащался все новым самым современным научным оборудованием, что позволило институту проводить исследования на самом высоком мировом уровне.

В 1992 году Г.Б. Еляков как председатель Президиума ДВО РАН играл решающую роль в определении вакансий академиков на очередных выборах в Российскую академию. Он сам предложил и добился вакансии, на которую я в июне того же года был избран действительным членом РАН (академиком), хотя на данную вакансию было еще два претендента.

А в начале 1991 года наш сын Сергей, работавший в Институте белка АН СССР в Пущине, Московской области, под непосредственным руководством академика Александра Сергеевича Спирина и профессора Юлия Борисовича Алахова, переехал вместе с семьей в Германию, где на чал работать в Федеральном центре биотехнологии в г. Берлине, а затем вместе со своим коллегой, тоже химиком, Александром Кнолем, они создали фирму «Bio Genes», основной целью которой стала наработка и реализация иммуноактивных препаратов по заявке самых различных заказчиков. Фирма активно развивалась, и сейчас это очень серьезное предприятие, которое получает заказы со всех концов мира. Сергей пошел по стопам отца, он работает вместе со своей супругой Татьяной: руководит фирмой, а она вместе с сотрудниками-немцами выполняет заказы и выполняет неплохо, поскольку до настоящего времени фирма никаких претензий не имела. У них трое детей (а у нас с Раисой Григорьевной трое внуков): старшая дочь Елена начальник участка в фирме «Байер», средний сын Юрий учится в техническом университете г. Берлина и младшенькая Анюта учится в пятом классе гимназии.


Сергей и Татьяна Оводовы (слева) среди сотрудников фирмы «Bio Genes» В центре: Александр Кноль. Берлин. 1998 г.

Распад Советского Союза и отъезд сына за границу заставили нас задуматься о переезде в западную часть России, ибо доехать из Владивостока до Берлина тогда представлялось фантастическим мероприятием, поскольку финансирование РАН резко сократилось и, соответственно, совсем небольшие зарплаты научных сотрудников не позволяли даже мечтать о встречах с сыном и его семьей.

К тому же моя дирижерская роль в нашем отделе уже исчерпала себя, поскольку большинство сотрудников стало высококвалифицированными специалистами, способными к самостоятельной творческой работе.

А нам с супругой захотелось чего-то нового и необычного. Как раз в это время мы познакомились с председателем Президиума Коми НЦ УрО РАН (г. Сыктывкар) академиком Михаилом Павловичем Рощевским, и он предложил нам начать новую жизнь с освоения Севера.

Мы посетили Сыктывкар, познакомились с городом и с институтами Коми научного центра. Все это произвело на нас самое благоприятное впечатление, и в конце 1994 года мы переехали на постоянное место жительства в г. Сыктывкар, который представляет собой небольшой, но очень уютный и приветливый город, столицу Республики Коми. Население, проживающее здесь, очень доброжелательное и общительное. Все институты расположены в самом центре города, совсем недалеко от центра города располагаются железнодорожный вокзал и автовокзал, аэропорт, на центральной Стефановской площади находятся здания Главы Республики Коми и Госсовета, а также почтамт и центральный универсальный магазин. Жить и работать в таком городе уже в зрелом возрасте очень хорошо и уютно.


С М.П. Рощевским на фоне будущего дома, в котором нам намеревались да так и не предоставили квартиру. 1993 г.

За время нашей жизни в Сыктывкаре, с 1994 года по настоящее время, город сильно застроился, стал еще красивее и современнее. Единственно, что стало плохо за этот период, так это изобилие автомобилей и пробки на дорогах, но во Владивостоке и Москве они достигают теперь грандиозных размеров и стали возникать там намного раньше, чем в Сыктывкаре. Мы очень благодарны М.П. Рощевскому за приглашение переехать работать в Сыктывкар.

(Продолжение следует)

Комментариев нет:

Отправить комментарий