четверг, 12 марта 2015 г.

Назад в будущее глобального города

Экономика



Об агломерации «Большой Владивосток»

После саммита АТЭС родилось немало идей и проектов, часть из которых уже реализованы. Среди них: уровень вице-премьера правительства для Полномочного представителя Президента Российской Федерации в Дальневосточном федеральном округе, создание Министерства развития Дальнего Востока, объявление Президентом Российской Федерации развития Дальнего Востока в качестве национального приоритета на ХХI век. Обсуждается создание территорий опережающего социально-экономического развития, формирование Владивостокской агломерации, на высшем уровне озвучена мысль о придании Владивостоку статуса свободного порта.
Эти и многие другие решения вроде бы масштабны и ориентированы на привлечение сюда инвестиций и населения. Но экспертное сообщество сдержано в оценках, – не хватает целостного понимания региона и стратегии его развития. Сохраняется ощущение хаотичного набора мероприятий.


Об агломерации «Большой Владивосток», а проще – о настоящем и будущем нашего города рассказывает Юрий Алексеевич АВДЕЕВ, ведущий научный сотрудник Тихоокеанского института географии ДВО РАН, член Общественного Совета по стратегическому развитию Владивостока, кандидат экономических наук.

– Юрий Алексеевич, что такое – агломерация?

– По одному из определений городская агломерация – это компактная и относительно развитая совокупность дополняющих друг друга городских и сельских поселений, группирующихся вокруг одного или нескольких мощных городов-ядер и объединённых многообразными и интенсивными связями в сложное и динамическое единство; это тот ареал, то пространство потенциальных и реальных взаимодействий, в которое вписывается недельный жизненный цикл большинства жителей современного крупного города и его спутниковой зоны. На территории Дальнего Востока Владивостокская агломерация – единственная, отвечающая данному определению.


Туманное настоящее

– Что представляет Владивостокская агломерация сегодня?

– Железнодорожная связь и автомагистрали, международный аэропорт в 50 км от города, индустриальное домостроение, единая электроэнергетика, водохранилище и 80-ти километровый водовод, склады и промышленная зона, сельское хозяйство и тепличные хозяйства, туристические базы, десятки тысяч земельных участков жителей Владивостока на территориях Надеждинского, Хасанского, Шкотовского районов, повседневные маятниковые трудовые миграции, массовая автомобилизация населения – всё это давно превратило территорию юга Приморья в единое агломерационное пространство. В начале 90-х годов группой депутатов Владивостокского городского Совета народных депутатов и учёных была разработана «Концепция экономического развития Южного Приморья «Большой Владивосток». Уже тогда границы агломерации рассматривались в пределах водосборного бассейна залива Петра Великого.

– Как управляется Владивостокская агломерация?

– Субъект федерации взял на себя полномочия по утверждению схем водоснабжения и водоотведения, подготовке генеральных планов, правил землепользования и застройки, а также «разрешений на установку и эксплуатацию рекламной конструкции». А муниципалитеты берут на себя обязательства по «организации и проведению публичных слушаний». Это перераспределение полномочий закрепилось подписанным в торжественной обстановке «Соглашением № 30: О создании Владивостокской агломерации» между губернатором и главами четырёх муниципалитетов.

Справедливости ради необходимо отметить, что в тексте Соглашения есть статья, в которой высокие договаривающиеся стороны собираются разработать концепцию социально-экономического развития Владивостокской агломерации. Выяснить, в каком направлении и как будет развиваться эта территория, ещё только предстоит, но полномочия по принципиальным позициям уже распределены. Координирующим органом будет межмуниципальный совет, состоящий из тех же фигурантов. Пока из документов следует только одно: стремление сконцентрировать в одних руках возможные федеральные вливания для осуществления крупных инфраструктурных проектов. Внешне – все правильно – такими проектами управлять нужно из единого центра, но много ли примеров эффективного, рачительного распоряжения финансовыми ресурсами! И дело не в том, что нечисты на руку подрядчики, а прежде всего в том, что в большинстве проектов декларируемые цели и задачи не совпадают с истинными намерениями ни заказчика, ни исполнителя. Говорим – агломерация, а подразумеваем – деньги, которых не хватит на всех…


Восточная столица России?

– Можно ли предложить иной сценарий развития событий?

– Даже в 90-е годы, Владивосток, не осознав ещё в полной мере положения открытого города, нуждался в подтверждении своей миссии центра международных коммуникаций России со странами Азиатско-Тихоокеанского региона. Сегодня это уже куда как более очевидно: в каких ещё городах открыто два десятка дипломатических представительств других стран, какой из городов азиатской России притягивает к себе иностранцев больше, чем Владивосток? Но мы делаем далеко не всё, чтобы международные связи для города были приоритетом, и работали на нас. Доказательств тому много: чего стоит тезис о «полицентрической агломерации», понимаемой, что среди тяготеющих друг к другу городов нет явного лидера, который и является основным источником агломерационных связей. Уже второй губернатор не признает за Владивостоком права быть столицей Приморского края. А подписанное ныне Соглашение уравнивает Владивосток с другими муниципалитетами.

– А что продемонстрировал урбанистический форум, который прошёл во Владивостоке осенью прошлого года?

– То, что ни у города, ни у края, ни у приехавших издалека экспертов пока нет той концептуальной модели агломерации, которую можно было бы обсуждать, критиковать, понимать и реализовать. На всю Россию всего 12 городов с населением более миллиона жителей, немногим более двух десятков с числом свыше 500 тысяч. На Дальнем Востоке Владивосток и Хабаровск конкурируют между собой, в то время как у каждого из них есть своя миссия, свой набор функций, не пересекающихся и не дублирующих.

– Какие же?

– А вот какие. Хабаровск – это столица Дальневосточного федерального округа со всем набором управленческих структур, тогда как Владивосток – столица Тихоокеанской России, его задачей является организация политического, экономического, социокультурного взаимодействия со странами АТР, в рамках Азиатско-Тихоокеанского экономического сообщества.

Если в Хабаровске инфраструктурные проекты ориентированы на обеспечение территориальной связности пространства в шесть с лишним млн. кв. километров, то инфраструктурные проекты Владивостока должны быть ориентированы на обеспечение связности всей России, европейских стран со странами Азиатско-Тихоокеанского региона. С этих позиций уровень муниципального образования для Владивостока явно недостаточен, он не позволяет городу в полной мере осуществлять свое предназначение. Кардинальный поворот России на восток ставит на повестку дня вопрос о Владивостоке как восточной столице России со статусом федерального города.


У руля проекта будущего

– Саммит АТЭС во Владивостоке стал подтверждением политики поворота на восток. Строительная пыль осела, гости разъехались, региональный и муниципальный бюджеты почувствовали на себе тяжесть произошедшего, а город и край по привычке погрузились в текучку. Обсуждают, кто, сколько своровал, чего не достроили, где деньги, и как ещё заполучить федеральные ресурсы для достройки развязок, гостиниц, очистных сооружений.
А удержать город на заданной федеральным центром траектории можно было только за счёт события, по масштабу соразмерному или превосходящему прошедший здесь саммит. Владивосток мог претендовать на проведение Всемирной выставки «Экспо-2020», но городу не хватило смелости вступить в конкурентную борьбу.

Разумеется, у города много текущих проблем, которые не позволяют расслабляться, и ответ приходится держать за выполнение тактических задач. А долгосрочные стратегические цели – они за пределами выборного срока, а значит, и отвечать за них не надо. Но из частных, повседневных задач желаемая перспектива может сложиться только случайным образом, и если текущая деятельность не отслеживается и не сверяется каждый раз со стратегической целью, будущее вряд ли будет ожидаемым. Только если рядом с теми, кто каждый день отвечает на запросы жителей города, есть впередсмотрящие, своеобразный интеллектуальный центр («Институт развития города»), удерживающий целостность проекта будущего, осуществляющий мониторинг, выявляющий неизбежные отклонения в текущей работе, сигнализирующий о необходимых коррективах, сохранится шанс оставаться на заданной траектории.


Что нам мешает?

– Насколько город открыт, насколько готов конкурировать за инвестиции, технологии, дополнительные рабочие руки, насколько способен переосмыслить своё предназначение и с какой точностью определиться с целеполаганием – настолько эффективно городское развитие. Целевые стратегические установки являются наиболее надёжным основанием для оценки текущей деятельности, и только в этом случае открывается перспектива, дающая ясно понять, что Россия отсюда «владеет Востоком».

– Может ли восстановление отраслей, которые составляли экономику Владивостока предыдущего периода, дать новый импульс его развития в нынешних экономических условиях?

– Резкое снижение объёма госзаказов для военно-промышленного комплекса привело к сокращению производства и числа работников, занятых в этой отрасли, в разы. Неполнота производственных циклов, отсутствие собственной проектно-конструкторской базы, слабая связь с наукой – всё это не позволяет рассчитывать на сколько-нибудь масштабное восстановление некогда ведущих отраслей. Более того, смена собственников с последующей перерегистрацией головных офисов за пределами края до недавнего времени профильных видов деятельности, таких как Дальневосточное морское пароходство, Владивостокский морской торговый порт, Дальневосточное отделение железной дороги, «Дальсвязь» и так далее, резко сократили налоговую базу города.

Определение целевых установок территориального развития стало компетенцией самих территорий, но предлагаемые стратегии редко становились инструментом управления территориальным развитием. Конфликт между намерениями и декларируемыми целями власти, с одной стороны, и отсутствие понимания целей долгосрочного развития бизнесом, – с другой, стали основным препятствием на пути привлечения инвестиций и развития бизнеса.

Кроме того, слабое взаимодействие с другими городами и территориями, отсутствие кооперации между ними, конкуренция между дальневосточными портами, рыбными компаниями, негативный опыт создания особой экономической зоны, совместных предприятий (Находка, корейский технопарк, корейская деревня под с. Михайловка, гостиничный бизнес – «Владмотор ИНН», «Хёндэ») и так далее – всё это стало дополнительным тормозом на пути территориального развития. Таким образом, прежний импульс экономического развития, который инициировался государством, угас, новый, исходящий извне, также не получил развития, и только частная инициатива (челночный бизнес, торговля подержанными автомобилями, рыбный и лесной бизнес), сдерживаемая и ограничиваемая государством, так или иначе позволяла выживать местному сообществу.


Что нужно для счастья?

– В чём же будущее нашего города?

– Будущее Владивостока не может рассматриваться иначе, нежели с позиций геополитического, геоэкономического и геокультурного положения города. Идея многостоличности России, в которой Владивостоку отводится роль президентской столицы, даёт принципиально важный сигнал мировому сообществу, как Европе, так и Азии, а ещё позволяет ответить на вопросы выхода России из нынешнего кризиса и заодно снять множество проблем с перегруженной Москвы.

– Пожалуйста, несколько слов о геоэкономическом аспекте…

– Он рассматривается с позиций делового города, где размещаются международные деловые и финансовые центры, офисы крупнейших компаний. Новая команда управленцев министерства по развитию Дальнего Востока решительно настроена на экспорт ресурсов, и их понять можно, ведь результат нужен ещё вчера. С точки зрения перспективы задача состоит в том, чтобы начинать формирование технологической базы, позволяющей использовать природные ресурсы суши и океана Дальнего Востока для развития здесь космической отрасли и морехозяйственной деятельности в широком смысле слова.


– В чём получает своё воплощение геокультурный аспект?

– В создании на острове Русский Дальневосточного федерального университета, хотя это название отражает старую парадигму. В новой же – оно могло бы звучать как «Азиатско-Тихоокеанский Русский Университет». Остров Русский должен стать площадкой международного взаимодействия, где могли бы быть представлены города экономик АТЭС и наиболее значимые города России.

– Приблизительно об этом вы говорили раньше, ещё до саммита.

– Совершенно верно. С этой точки зрения федеральная подпрограмма «Владивосток как центр международного взаимодействия» (2009 год) была преимущественно техническим документом с перечнем объектов для международного мероприятия.

– А что нужно сейчас?

– Теперь нужен документ, в котором бы за Владивостоком в Азии закреплялась функция российского политического центра, в котором восточный вектор развития России в ХХI веке стал бы определяющим геополитическим вектором.

Итак, прежде всего, необходим политический документ, фиксирующий долгосрочную восточную политику России. За последние годы проделаны значительные шаги в этом направлении, но, как представляется, в Минвостокразвития должно появиться подразделение, главной функцией которого станет разработка стратегической перспективы региона.


– Юрий Алексеевич, на ваш взгляд, какими будут территориальные границы нового субъекта федерации?

– Территориальные границы ограничены водосборным бассейном залива Петра Великого. Особенностью данного территориального образования является включение в его состав прилегающей акватории части залива, что составляет органическую часть жизненного пространства города с единым управленческим центром.

Сложившееся и складывающееся в настоящее время разделение труда, видов производства, формирующихся селитебных зон, транспортных коммуникаций, – всё это требует формирования нового целостного подхода к данной территории, с возможным перераспределением некоторых функций между Владивостоком и входящими в состав агломерации поселениями.


– Каким должно быть стратегическое направление развития города?

– Оно должно быть ориентировано на развитие туристической отрасли, когда при минимальных вложениях и относительно быстрой отдаче может быть обеспечено максимальное наращивание социально-инфраструктурного потенциала. Это послужит хорошим стимулом для привлечения инвестиций, и в то же время будет способствовать притоку сюда новых рабочих рук, особенно, в сфере обслуживания.


Нужен последовательный вывод за пределы нынешнего городского центра жилья за счёт развития преимущественно малоэтажной жилой застройки. По мере снятия нагрузки с центральной части города появляется возможность осуществить его реконструкцию: сформировать деловую часть города, придавая ей современный уровень при максимально бережном отношении к исторической застройке.

Эта часть города должна стать привлекательной для размещения банков, офисов крупных компаний, музеев, театров, выставочных комплексов – сочетание деловой и туристической зон.


Город должен иметь долгосрочный план рекультивации всех водных акваторий, начиная с бухты Золотой Рог и заканчивая реками (Первой, Второй, Седанки и так далее). Для этого потребуется пересмотреть отношение к существующим производствам как вдоль морских бухт и заливов, так и по основным долинам рек. Часть из них может быть передана в Большой Камень, Славянку или Находку, часть может быть перепрофилирована или ликвидирована полностью. Особо тщательного экономического анализа потребуют порты Владивостока (морской торговый, рыбный, нефтеналивной и так далее) – насколько экономическая отдача, затраты на их расширение, реконструкцию будут сопоставимы, например, с превращением этих акваторий в рекреационную зону, что выигрывает или проигрывает при этом город.

– Наверное, особого подхода требует разработка концепции развития острова Русский?

– Да. Действительно, представленный взгляд на его перспективы московскими исполнителями при всей тщательности технической разработки проекта, тем не менее, вряд ли отвечает представлению о глобальном городе. Гораздо привлекательнее выглядит идея превращения острова Русский в площадку международных коммуникаций, предоставив возможность разместить здесь культурные центры, например, столиц стран АТЭС, и с другой стороны, предоставив такую возможность показать во всем многообразии такому же числу российских городов. По мере развития международного взаимодействия здесь могут быть обустроены и площадки международной электронной торговли, обмена информацией, технологиями, совместными разработками на базе ДВФУ и ДВО РАН.

Выход за пределы ограниченной территории полуострова Муравьева-Амурского помимо прочего позволяет решить многие проблемы жилищно-коммунального хозяйства, открывает возможности для развития малого бизнеса, и в какой-то мере может решить ещё и продовольственные проблемы.


Фантастика в наших руках

– Юрий Алексеевич, а нужен ли новый генплан? Может быть, проще переработать старые?

– Актуальность разработки нового генерального плана Владивостока совершенно очевидна, и его качество во многом зависит от концепции, которая будет положена в его основу. Ещё совсем недавно строительство моста через бухту Золотой Рог казалось безумной фантастикой, не говоря уже о том, что таким мостовым сооружением остров Русский будет соединен с материком. И ни в одном из подобных документов не содержалось указаний на то, куда и как получит развитие город. То, что происходило на наших глазах за последние шесть-семь лет из области мечтаний, сегодня стало реальностью, которой мы пока слабо воспользовались.

С этих позиций могут быть найдены ответы на многие вопросы. Например, о том, какая территория может рассчитывать на преференции? Что следует понимать под территорией опережающего социально-экономического развития? Для чего и где должен работать режим свободного порта? С кем и как мы конкурируем? Какие цели и задачи ставим перед собой как на ближайшую, так и на более отдаленную перспективу?

Поэтому задача, с одной стороны, в том, чтобы осознать ценность того, что нам уже досталось, а с другой – не останавливаясь на достигнутом, создавать проекты, которые нас приближают к статусу глобального города. Необходимо инициировать разработку принципиально новой концепции развития Владивостока как столицы Тихоокеанской России и предложить её для широкого обсуждения на разных уровнях.




Комментариев нет:

Отправить комментарий