вторник, 10 марта 2015 г.

Мы по-новому смотрим на Восток

Экономика

Николай Иванович ФОКИН


Японское присутствие в экономике Тихоокеанской России: формы и новые тенденции

В российско-японском экономическом взаимодействии отмечены новые реалии. Их появление – следствие трёх событий.

Первое, и главное для России, – экономические санкции, введённые против России США, Европейским Союзом и рядом других стран, включая Японию.

Второе, фоновое, важное для всех, – новая ситуация на мировых рынках, одна из характеристик которой – замедление темпов роста глобальной экономики.

Третье, важное для Востока России – саммит Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС) – во Владивостоке в 2012 году и шестой Российско-Японский экономический форум 2014 года.

В чем проявляются новые реалии? В изменении форм экономического присутствия Японии в России в целом и Тихоокеанской России, в частности.

Почему Тихоокеанская Россия, а не Дальний Восток? Более удачное название. В нём особенности восточной части России. Доминанта внешнеэкономической интеграции. Направленность заграничной мобильности населения региона. Сцепная роль региона в связях России с Японией и Азиатско-Тихоокеанским регионом в целом. Сфокусированность на осмыслении новых реалий российско-японского экономического взаимодействия.  

К традиционным и прямым формам японского присутствия можно отнести товарную, инвестиционную и трудовую формы.



Владивосток без японских товаров?

Товарная форма японского присутствия на востоке России в сравнении с другими регионами выражена очень сильно. Достаточно сказать, что на население ДВФО – немногим более 4 процентов от российского населения – приходится 33 процента всего российско-японского внешнеторгового оборота.

Если соотнести эти цифры, то их можно представить и так. Для жителя востока России Япония в 8 раз более значима, чем для среднего россиянина.

Если обратиться к абсолютным цифрам, то вплоть до июля прошлого года Россия торговала с Японией на 2,5 млрд. долларов ежемесячно, в масштабах Дальневосточного федерального округа – на 0,8 млрд.

Много это или мало? Смотря с кем сравнивать. Если с Китаем, то объёмы торговли с ним – почти в 3 раза больше. В десятке самых торгуемых стран – Япония – в середине. Поэтому – и ни много, и ни мало. Но очень значимо. И не только значимо – сильно заметно.

Обобщающую долю этого присутствия, как и долю присутствия товаров любой другой страны, в официальной статистике не найти. Но японское присутствие не менее заметно, чем китайское или южнокорейское, а по отдельным товарным группам превосходит их. Япония теснит китайских и южнокорейских производителей за счёт более высокого качества. У японских товаров своя специфическая ниша. Их конкурентные преимущества высоки, но они не вытесняют российских производителей. Их уникальные потребительские свойства и ценовая линейка повышают качество жизни россиян, особенно на Дальнем Востоке.

Наиболее заметное товарное присутствие Японии на Дальнем Востоке – автомобильное присутствие. Самый автомобильный город всей России – Владивосток. Число автомобилей на 1000 человек приближается к 600, что почти в 2 раза выше, чем в Москве. Но если Москва – это «Ford» – самая распространенная иномарка, далее идут «Volkswagen», «Mercedes-Benz», «BMW» и «Audi», то Владивосток – это бренд «Toyota» – 50 процентов парка, «Nissan» – 15 процентов, «Mitsubishi» (7%). Далее идут «Honda» (4,8%), «Mazda» (4,1%), «Suzuki» (2,4%), «Subaru» (2,1%) и «Isuzu» (1,6%).



Затронут ли санкции эту часть регионального потребительского рынка? И кто их в случае обострения ситуации в Украине, может ввести: Россия в отношении импорта японских автомобилей или Япония в отношении экспорта своих авто?

Может Россия – включение промышленных изделий, включая автомобили, в «санкционные» товары, рассматривается и проговаривается на уровне отдельных законодателей, чиновников и ура-патриотов, что и отражается в российских средствах массовой информации.

Может и Япония. Во-первых, экспорт автомобилей в Россию абсолютно не значим для японского экспорта. Для автомобильной индустрии Японии это всего лишь 0,5%. Во-вторых, отказ от экспорта очень привлекателен в качестве мощнейшего политического давления на Москву через снижение уровня и качества жизни дальневосточников. Тот факт, что эта возможность не рассматривается, мы оцениваем как свидетельство остатков взвешенного, реалистичного взгляда Японии на сформировавшуюся вокруг России «санкционную» атмосферу.

Можно предположить, что автомобильный облик городов Тихоокеанской России останется японским. Порукой тому – электоральная составляющая, то есть политический вес так называемого «праворульного блока» – общественного движения сторонников правого руля, то есть японских автомобилей. Все поползновения федерального правительства ограничить или тем более запретить их импорт и тем самым включить «зелёный свет» для произведённых в России автомобилей сталкивались с мощным противодействием населения и оказались безрезультатными.

Что будет с другими японскими товарами? Вопрос активно обсуждается. В традиционных и электронных средствах массовой информации появились публикации под общим названием «Японские продукты могут исчезнуть из магазинов Владивостока».

Действительно, ни один владивостокский супермаркет невозможно представить без японских товаров. В первую очередь, таких как лапша, супы, рис, чаи, соусы, приправы, чипсы, жевательная резинка, сладости. Значимы и японская косметика и лекарства. Есть и сезонные японские продукты – яблоки, груши, арбузы, дыни. Всё японское стабильно востребовано покупателями, особенно бакалейная линейка.



Японская продукция не попала под запрет к ввозу в Россию. И она есть – в этом мы убедились, посетив отдельные супермаркеты и специализированные японские магазины. Но – пока есть.

Дело в том, что приморский бизнес опасается нового эмбарго. Беседы с предпринимателями дают основания для вывода – сейчас они ощущают себя как-то неуверенно в свете потока информации о санкциях. Их главный аргумент – Япония, все-таки, придерживается антироссийской политики.



Экономика региона теряет упущенную выгоду

Трудового присутствия японцев в виде высококвалифицированного, прежде всего, управленческого труда, практически нет. Историю этого присутствия можно представить в виде изломанной кривой – резкий взлёт, падение, подъём и стагнация.

Действительно, после открытия Владивостока в 1990 году в нём основали представительства шесть крупнейших японских универсальных торговых компаний: «Мицуи и Ко. Лтд.», «Сумитомо Корпорейшн», «Мицубиси Корпорейшн», «Иточю», «Марубени», «Нишеиваи». В городе разместили свои филиалы четыре японских телекомпании: «NHK», «NTV», «HBC», «HTV». Все они, как и многие россияне, и японцы, надеялись, что Приморский край и его административный центр будут динамично развиваться.



Прошло 10 лет. Перемены произошли, но ожидания во многом не оправдались как для россиян, так и для японцев. Во Владивостоке остались представительства только двух крупных японских компаний и представительство одной телекомпании. Японский капитал ушёл из города и края.

Прошло ещё 10 лет. Список японских фирм, которые создали представительства и совместные предприятия во Владивостоке и Приморском крае, расширяется до 11 позиций: «Саммит Моторс», «Мицуи буссан», «Сумитомо Корпорейшн», «Тойота Цусё Восток», «Корпорация ТАУ», (все 5 – торговля), «M.O.Ship Management Co.,LTD.» – менеджмент, перевозки – «Mitsui O.S.K/», Японская телерадиовещательная корпорация «Эн-Эйч-Кей» – средства массовой информации, «Японский городовой» – ресторан, «СТС «Техновуд» – переработка лесоматериалов, «Симадзу сэйсакусё» – механизмы, «Mitsui O.S.K. Lines, LTD» – перевозки.



Список расширился, но зафиксировался и дальше не растёт. Доказательство – в официальной региональной квоте на 2014 год японская заявка на два место для менеджеров – региональных представителей компании «Мицуи энд» кампании «Москау» с головным офисом в Москве.

Последняя заявка очень характерна – японский бизнес по-прежнему ограничивается пребыванием в России представительств в Москве.

Отметим и такое фоновое обстоятельство, как в целом низкие объёмы присутствия иностранной рабочей силы на региональном рынке труда. По Приморскому краю за последние четыре года эти объёмы зафиксировались у отметки 28 плюс минус две тысячи мест для иностранцев. На 2014 год утверждена квота в 26 тысяч вакантных мест. Ситуация представляется застывшей, объёмы трудовой миграции – низкие – в пределах статистической погрешности. Что такое – 0,2 процента от совокупной рабочей силы? Такая составляющая – ни на что не влияет.

Можно предположить, что восток России не получает положительные эффекты иностранного присутствия на региональном рынке труда. Экономика региона теряет упущенную выгоду.



Скромное обаяние инвестиций

Инвестиционное присутствие японского капитала в экономике Тихоокеанской России является значимым. Этот вывод вытекает из общей оценки иностранных инвестиций в восточный регион России.

Сотрудничество Приморского края и Японии наполнено реальным практическим содержанием. Только за 2013 год в экономику края поступило более $1,7 млрд., из них $1,17 млрд., или 68,8% от общего объёма представляют инвестиции японских компаний.

Какие проекты с российской стороны, могут быть отнесены к перспективным для совместной работы?

На уровне Приморского края таких проектов семь. Это проекты автосборочной ОЭЗ промышленно-производственного типа, нефтехимического, рыбного кластеров, промышленного и агропромышленного парков и портовой особой экономической зоны в порту «Восточный». По-своему интересен и проект игорной зоны. Как прозвучало в Токио на шестом российско-японском экономическом форуме – это не закрытый список.

Наиболее масштабный пример японского инвестиционного присутствия – сотрудничество в традиционной области – развитии нефтегазовых проектов. Японские компании «Мицубиси» и «Мицуи» участвуют в решении задачи по расширению производства СПГ на Сахалине путём строительства третьей технологической линии действующего завода. Правительство Сахалина совместно с «Роснефтью» готовит новый проект СПГ, куда приглашены и японские инвесторы.



Ещё один проект межгосударственного уровня – создание энергомоста «Россия – Япония». Он подразумевает прямой экспорт в Японию электроэнергии. Компания «Интер РАО» уже выполнило его финансово-экономическую модель и наметило наиболее перспективные площадки размещения объектов этого проекта.

Отметим, что в России доминирует отрицательное отношение к экономике углеводородов как к сырьевой экономике, экономике трубы. Политически и в общественном мнении углеводородной экономике отказывают в высокой технологичности и капиталоёмкости и рассматривают её как тормоз экономического роста. Такая оценка противоречит современной экономической науке.



Открытость, качество, память

Демонстрационная форма присутствия – это эффект прямого контакта, эффект прямого визуального, звукового и даже тактильного контакта с японским миром. Контакт стал ощутимым. Почему? Открытость, качество, память.

Открытость границ – возможность не только морякам увидеть Японию.

Качество – это японские товары. Прилагательное «японское» стало в русскоязычной экономической лексике синонимом словам высококачественное, надёжное, отличное, статусное.

Память. Мы помним послевоенные стартовые условия Японии. Сравнимыми с российскими.

Почему оказались несравнимыми результаты? Поиск ответа на этот вопрос невозможен без появления эмоций. И не только надежды, но и зависти и даже элементов унижения.

Почему? Потому что на территории, равной немногим более двум территориям Приморского края, создана экономика, равная трём российским. При этом создано населением по численности на одну седьмую меньше российского. Вопрос: Японии удалось сформировать такое пространство. Неужели мы не сможем?

Такие вопросы изменяют мироощущение, а затем мировоззрение дальневосточников.

Одна из реакций на такие вопросы – «голосование ногами», миграция населения из восточных районов России. За период с 1992-го население Дальнего Востока сократилось на 20 процентов и в настоящее время составляет всего 6,4 миллиона человек.

Поэтому экономическое присутствие Японии в региональной российской жизни – присутствие всегда и во всём.

У демонстрационного эффекта Японии уникальная особенность – он действует как мультипликатор эмоций. В этом контексте японское присутствие воспринимается как эмоциональное присутствие. Примечательно, что по результатам социологических исследований Япония стабильно держит первое место в рейтинге страновых пристрастий дальневосточников.

Японские симпатии дальневосточников во многом необъяснимы. Хотя попытки формально разложить источники этих симпатий на составляющие приводят к ещё одному удивительному выводу – на первом месте отнюдь не экономические достижения Японии, а уникальная японская культура, духовная привлекательность страны.



Японские санкции: что дальше?

Введены санкции. Как это сказалось на сегодняшней жизни региона? И главный вопрос – что будет дальше? Что будет с социально-экономическим пространством Тихоокеанской России. Что будет с российско-японским сотрудничеством?

Экономическая наука ответы на эти вопросы в данный момент пока не знает. Она отсылает к известной формуле в отношении цен, курсов, процентных ставок и, в целом, в отношении к жизни: «unpredictable, but not arbitrary» – непредсказуемо, но и не произвольно.

Не произвольно – значит по определённым, но ещё не исследованным закономерностям, по существующим, но ещё не вскрытым алгоритмам.

Исследовать закономерности санкционных эффектов, вскрыть глубинные алгоритмы разворачивания санкционных последствий – общая задача российско-японского экспертного сообщества.

Одна из закономерностей – двух «фазность» или двух периодичность. Первая фаза или короткий период – «наказуемая» страна принимает ответные санкции. Вторая фаза или долгий период – обе страны пытаются разорвать «санкционный» круг.

Первая фаза наступила – Россия разрабатывает антияпонские санкции в ответ на антироссийские санкции Японии. В частности, как заявляют в Совете Федерации, «Япония активно вводит санкции в отношении России, при этом ведёт широкомасштабный дрифтерный промысел в нашей исключительной экономической зоне у берегов Камчатки». Дальневосточники верят, что вторая фаза российско-японских «санкционных» отношений наступит быстрее, чем в отношениях России с ЕЭС.



Мы по-новому смотрим на Восток. Смотрим более внимательно и заинтересовано. Смотрим с надеждой – без взаимодействия со странами Восточной Азии и развития своих восточных территорий Россия будет выдавлена на обочину мировой экономики. В этом взаимодействии связи экономик России и Японии занимают стратегическое положение.

Николай ФОКИН,
кандидат экономических наук,
профессор кафедры мировой экономики ДВФУ

Другие интересные материалы Николая Ивановича Фокина можно посмотреть на его сайте:

Комментариев нет:

Отправить комментарий