пятница, 20 сентября 2019 г.

Путь эволюциониста: 70 лет со дня рождения Алексея Петровича КРЮКОВА


На стыке эволюционизма, зоологии и генетики

Одному из ведущих учёных ФНЦ Биоразнообразия ДВО РАН, известному далеко за пределами Российской Федерации биологу, главному научному сотруднику, доктору биологических наук Алексею Петровичу КРЮКОВУ исполнилось семьдесят лет.

Алексей Петрович КРЮКОВ

Исследования А.П. Крюкова лежат на стыке эволюционизма, зоологии и генетики. Он разрабатывает проблему вида и видообразования, экспериментально изучает природную гибридизацию и гибридные зоны животных, в последние годы занимается филогеографией и молекулярной филогенетикой. Круг изучаемых объектов широк – от амфибий до млекопитающих и птиц. Лаборатория эволюционной зоологии и генетики, которой он руководил до последнего времени, продолжает славные традиции научной школы Николая Николаевича Воронцова и является одной из ведущих в стране в области эволюционной генетики.

Алексей Петрович – интересный рассказчик, он любезно согласился побеседовать со мной о науке, времени и о себе.

А.П. КРЮКОВ

– Я родился 18 сентября 1949 года в Ленинграде. Мой отец – Пётр Алексеевич – крупный физико-химик, профессор. Мама – Надежда Евграфовна – домохозяйка. Отец в 1953 году переехал с семьёй из Ленинграда в Новочеркасск Ростовской области, а через 10 лет в Новосибирск, где только что возник Академгородок. Здесь я проучился с 7-го по 10-й класс, в том числе один год в знаменитой на всю страну Физико-математической школе. Лекции там читали академики Михаил Алексеевич Лаврентьев и Сергей Львович Соболев, член-корреспондент АН СССР Алексей Андреевич Ляпунов и другие известные учёные. Поступил в Новосибирский государственный университет на биологическое отделение факультета естественных наук.

Наверное, там и заинтересовались исследовательской деятельностью? Кто повлиял на выбор будущей профессии?

– Да, уже на первом курсе начал ходить в лабораторию доктора биологических наук Николая Николаевича Воронцова в Институте цитологии и генетики СО АН СССР. Именно там работал Евгений Николаевич Панов – замечательный орнитолог, этолог и эволюционист, впоследствии доктор биологических наук, академик РАЕН. Он приехал из заповедника Кедровая падь, и от него я много узнал о природе Приморья. Экскурсии с Евгением Николаевичем в окрестностях Академгородка много дали для узнавания птиц, их повадок и голосов. Это уникальный наблюдатель и мыслитель. Помимо Панова, на выбор профессии оказали большое влияние рассказы мамы об экспедициях, охотничьи истории Инны Евграфовны Огнёвой, вдовы крупного зоолога-териолога профессора Сергея Ивановича Огнёва.

Алексей Петрович КРЮКОВ с окольцованными птенцами ворон в сибирской гибридной зоне

        –
Вам, студенту, доводилось бывать в научных экспедициях?

– Конечно, это общепринятая практика. Уже после второго курса я поехал в первую свою экспедицию в Туркмению с Е.Н. Пановым и А.Д. Базыкиным. В пустынных горах Копетдага мы изучали птиц – каменок и записывали их голоса на портативный магнитофон. Несколько близкородственных видов каменок отличаются своими брачными демонстрациями и голосами, что служит видовым изолирующим механизмом – модная в те годы концепция в рамках синтетической теории эволюции. Другим фактором изоляции могут быть различия в хромосомах, вот я и занялся их анализом у соловьев-красношеек и сорокопутов. Последние стали одним из любимых объектов исследований на многие годы.

Вторая моя экспедиция в Среднюю Азию проходила под руководством самого Н.Н. Воронцова. Наш отряд проехал на двух экспедиционных машинах от Новосибирска до Каспия, непрерывно коллектируя животных, изготавливая хромосомные препараты и пополняя коллекции. В результате сделано несколько фаунистических находок и новых таксономических решений. Работали много, уставали, но по вечерам, сидя у костра, за полночь обсуждали интересные общебиологические и эволюционные проблемы.

За время учёбы в университете я совершил ещё несколько экспедиций для сбора материала по сорокопутам как с Евгением Николаевичем Пановым, так и самостоятельных. Мы обнаружили, что ряд видов сорокопутов-жуланов образуют в местах контакта ареалов гибридные зоны, оказавшиеся важным феноменом для познания механизмов видообразования.

В сибирской экспедиции

Удалось обобщить результаты наблюдений?

– Да, в дипломной работе, которая была посвящена изолирующим механизмам у жуланов.

В те годы обычной практикой было распределение выпускников вузов. Куда распределили вас?

– Я окончил университет по кафедре генетики, возглавляемой академиком Дмитрием Константиновичем Беляевым, директором Института цитологии и генетики СО АН СССР. Дмитрий Константинович пригласил распределиться к нему в лабораторию, но я предпочёл этому лестному предложению Владивосток.

Пришла заявка из Владивостока? От кого?

– Как раз в это время Н.Н. Воронцов был назначен директором Биолого-почвенного института, недавно созданного Дальневосточного научного центра АН СССР, и все сотрудники его лаборатории переехали из Новосибирского Академгородка во Владивосток. Так в сентябре 1972 года я оказался во Владивостоке.

Оказаться «у истоков» всегда интересно. Но, наверное, и трудностей хватало?

– Конечно, но со свойственным молодости энтузиазмом бытовые трудности преодолевались без особенных усилий. Например, обещанного жилья не оказалось, и в первое время мне пришлось ночевать прямо в лаборатории, в спальнике. Позже меня поселили в общежитие на Некрасовской, недалеко от нынешнего путепровода, затем зимой – в пионерский лагерь на Океанской, оттуда перевели на бухту Тихую и только потом мне удалось закрепиться «на Кировке» – в общежитии по известному очень многим коллегам адресу: улица Кирова, дом 62.

А как обстояли дела на работе?

– Хватало трудностей и на рабочих местах. Именно в 1972 году был сдан новый корпус Биолого-почвенного института, и началось его обустройство. Все молодые сотрудники почти ежедневно заносили научное оборудование, мебель, прежде всего в большие комнаты, отведённые под зоологический музей – любимое детище Воронцова. В новых кабинетах сами мастерили столы из ящиков, полки для книг. На занятия наукой почти не оставалось рабочего времени, поэтому трудились допоздна, часов не замечали.

Я был принят на должность стажёра-исследователя с окладом 100 рублей. Через два года переведён в младшие научные сотрудники. Полевые исследования проводил в Приморье, в Забайкалье и Средней Азии, где одна из научных экспедиций длилась пять месяцев. Воронцовская лаборатория эволюционной зоологии и генетики была почти целиком молодёжной: её образовали выпускники МГУ им. М.В. Ломоносова и ряда других известных университетов. Жили дружно, вместе отмечали все праздники. Организовали Совет молодых учёных и провели первую научную конференцию-конкурс, где я занял первое место за доклад по видообразованию у сорокопутов.

А.П. КРЮКОВ в экспедиции в Амурской области

Расскажите немного о самых первых годах Биолого-почвенного института.

– Они прошли под влиянием личности замечательного учёного и администратора Н.Н. Воронцова. За короткий срок своего директорства он сумел так высоко поднять уровень научных исследований в институте, что это воздействие ощущается до сих пор. Были приглашены крупные учёные, создавшие в институте свои школы.

Был создан отдел эволюционной биологии, активно заработали советы по защитам, расширились и окрепли заповедники. Но молодой активный беспартийный директор не проявлял должного, по мнению партийных бюрократов, уважения к Приморскому крайкому КПСС, и в результате ему пришлось уйти из института и уехать. Лаборатория Воронцова начала распадаться, многие её сотрудники уехали.

А вы?

– А я был приглашён в Новосибирский университет на кафедру общей биологии. В течение 10 лет в качестве ассистента и старшего преподавателя читал курсы зоологии позвоночных, экологии, кариологии, этологии, вёл практикумы и летние академические практики с выездами на Алтай. В этот период завершил работу над кандидатской диссертацией по теме «Изолирующие механизмы и систематика мелких палеарктических сорокопутов» и успешно защитил её в 1982 году в МГУ.

Вам нравилось преподавать?

– Да, работа штатным преподавателем расширяла кругозор, постоянное общение со студентами было интересным, но оставалось мало времени для научной работы. К тому же отвлекала административная обязанность заместителя заведующего кафедрой. Поэтому, когда в 1987 году я получил приглашение от заведующего отделом эволюционной биологии БПИ ДВНЦ АН СССР доктора биологических наук Валентина Абрамовича Красилова занять освободившееся место заведующего «родной» лабораторией, принял его и прошёл по конкурсу.

Наблюдения за птицами

Этот переход стал новым этапом в вашей научной деятельности?

– Да. Ещё со студенчества меня интересовала проблема природных гибридных зон. Европейская гибридная зона серой и чёрной ворон стала классическим примером и вошла во многие учебники. Аналогичная зона была обнаружена и в Западной Сибири, но практически не была исследована. Вместе с новосибирским зоологом В.Н. Блиновым мы провели ряд экспедиций и стационарных обследований с целью изучения экологии, гнездования, гибридизации птиц в междуречье Оби и Енисея. Я подключил генетические анализы: кариологию, аллозимный и молекулярно-генетический. Результатом стала серия статей в ведущих журналах и докторская диссертация на тему «Гибридные зоны животных: эволюционные и генетические аспекты», защищенная в 2001 году.

У цветущего персика, Япония

Начав как кариолог, А.П. Крюков постепенно переквалифицировался в молекулярного генетика. Этому способствовало сотрудничество с японскими генетиками, начатое в 1990 году. Во многом благодаря его активности установлены прочные связи и оформлены совместные проекты по генетике и филогении грызунов и птиц. В 1992-2000 годах Алексей Петрович являлся координатором российско-японского проекта «Генетика и эволюция домовой мыши». При его активном участии организован и проведён ряд совместных симпозиумов и экспедиций, опубликовано более 30 совместных с японскими учёными статей. Он был приглашён для совместных исследований в качестве COE researcher и Invited Professor в Университет Хоккайдо в 1998-м и в Университет Киото в 2007 году. Сотрудничество с японскими коллегами позволило освоить методы современного секвенирования ДНК, провести анализы и опубликовать едва ли не первую в стране статью по филогеографии на основе последовательностей мтДНК ворон уже в 2000 году, когда в России ещё не было таких приборов. В порядке помощи от японских коллег, институт получил первый амплификатор, микроцентрифуги, другие приборы, компьютеры и многие реактивы. Всё это позволило лаборатории заметно поднять научный уровень публикаций.

Алексей Петрович с японскими генетиками Х. СУЗУКИ и Г. КИНОШИТА

А.П. Крюков – организатор российско-японских и международных симпозиумов в России, в том числе симпозиума во Владивостоке 2001 году «Эволюционные идеи в биологии», посвящённого памяти Н.Н. Воронцова, с приглашением учёных мирового уровня. Он является членом редколлегии журнала Mammal Study (Япония). С 1994 года по настоящее время А.П. Крюков руководил 14 грантами Российского фонда фундаментальных исследований, из них – девять инициативных проектов, в том числе четыре международных с Австрией, Китаем и Японией. Алексей Петрович состоит в нескольких российских и зарубежных научных обществах, он член Учёного совета и диссертационных советов по зоологии при ФНЦ Биоразнообразия ДВО РАН и по генетике при ННЦМБ ДВО РАН. Автор 180 научных публикаций, в том числе 81 статьи в центральных и международных периодических изданиях. Он известен далеко за пределами России благодаря широкому цитированию публикаций, индекс Хирша 13. В 2017 году Алексею Петровичу присуждена премия ДВО РАН имени профессора А.И. Куренцова за цикл работ «Молекулярная филогенетика и гибридизация врановых птиц». В настоящее время он – заведующий отделом эволюционной биологии ФНЦ Биоразнообразия, руководитель тем, выполняемых по грантам РФФИ и ДВО РАН по основным направлениям фундаментальных исследований.

Слева направо: старший сын А.П. КРЮКОВА – Кирилл, японский генетик Хитоши СУЗУКИ, А.П. КРЮКОВ

Со студенческих и до недавних лет А.П. Крюков принимал участие в биологических экспедициях, совершая поездки в различные уголки России и за рубеж для сбора научных материалов и коллекций для генетических и зоологических исследований. Удивительная работоспособность, увлечённость и жёсткая самодисциплина позволили ему достичь существенных результатов на научном поприще.

С днём рождения, Алексей Петрович! Так держать!

А.П. КРЮКОВ на биостанции «Восток»

Алексей Петрович с японским генетиком Наруя САЙТО

Рабочий момент в экспедиционной машине в Монголии

Алексей Петрович и хозяин магазина бонсаев, Япония

КРЮКОВЫ: Алексей Петрович с сыновьями Кириллом и Сергеем, 2006

Алексей Петрович с внуками Гошей и Леей
Алексей Петрович КРЮКОВ в Японии

Алексей Петрович на яхте в заливе Петра Великого

Фото из личного архива Алексея Петровича КРЮКОВА

Комментариев нет:

Отправка комментария