пятница, 20 февраля 2015 г.

Суровые будни морского заповедника


– Алексей Викторович, минувшим летом мне посчастливилось побывать на экскурсии у вас в заповеднике, и должна сказать, что эта поездка произвела очень сильное впечатление на всю нашу группу туристов. Быстроходный катер, летящий по морю, прибрежные скалы, поросшие соснами, таинственные морские гроты в отвесных скалах, бирюзовые волны и белый песок…
Очень хорошо, что благодаря вашим доблестным инспекторам удаётся сохранять эти чудесные уголки южного Приморья в их первозданном состоянии. Я присутствовала при разговоре инспектора с «дикими» туристами, пытавшимися без разрешения попасть в заповедник, видела задержанные лодки нарушителей заповедного режима и понимаю, как трудна ваша работа.

Мы беседуем с Алексеем Викторовичем ТАРЫШКИНЫМ, участковым государственным инспектором, начальником охраны Восточного района Дальневосточного морского заповедника.

Алексей Викторович ТАРЫШКИН 


– Но зимой-то вам удаётся, наконец, отдохнуть от посетителей как законных, так и незаконных?

– Зимой количество туристов, посещающих заповедник с разрешения администрации, совсем невелико, и они передвигаются преимущественно в охранной зоне заповедника. Но, как говорил поэт, покой нам только снится, поскольку с осени и до весны заповедник подвергается набегам браконьеров. С приходом осенней прохлады они выходят на незаконный промысел.

– А чем зимой промышляют браконьеры?

– Главные цели браконьеров – дорогостоящие трепанг и краб. В холодное время года они в хорошей кондиции.

– И как происходит незаконный промысел?

– Большинство браконьеров, которых мы изгоняем из заповедника, базируются в посёлках Рязановка, Зарубино и Андреевка. Сейчас, зимой, их «родные» бухты время от времени забиваются дрейфующими льдами, поэтому они ставят моторную лодку на телегу, цепляют её к джипу или грузовичку и отправляются искать свободную ото льда бухту. Там сбрасывают лодку на воду и идут за добычей в заповедник. Обычно в составе браконьерского экипажа рулевой и один или два аквалангиста.

Иногда браконьеры работают с берега. Так было в бухте Средняя при недавнем задержании браконьера Дрокина. Группа из трёх человек прибыла туда на автомашине. Для работы с аквалангистом они использовали надувную ПВХ лодку длиной около четырёх с половиной метров. Возможно, на господствующую над бухтой высоту они поместили «кукушку» – наблюдателя, отслеживающего передвижения инспекторов и докладывающего сообщникам о приближении опасности.

Среди браконьеров нередко встречаются опытные судоводители и аквалангисты, хорошо знающие акваторию, «безбашенные» и отлично экипированные. Работают они быстро, не боятся рисковать, о вредных условиях и последствиях своей деятельности особо не раздумывают, так что противостоять им – непростая задача.

Со временем те из них, кто не погиб, не загубил здоровье, не спился, пытаются найти себя в легальных видах деятельности, например, обслуживая туристов в летнее время. Ну, а зимой они получают от организаторов нелегального бизнеса предложения, от которых им трудно отказаться.

– А что, действительно, браконьеры гибнут?

– Местный житель сказал мне, что этой зимой уже три аквалангиста утонули.

– Так сообщите в полицию хотя бы об известных вам базах.

– Сообщили, но, вероятно, у полиции руки не доходят.

– А ногами доходить не проще?

– Возможно, проще. Я не знаком детально с особенностями их работы. Знаю только, что в прошлом году были зафиксированы случаи контрабанды трепанга. Это значит, что трепанг был выловлен, высушен и беспрепятственно доставлен к пограничному переходу. Так что нам всем, кто не смог пресечь нарушение закона, есть над чем работать.

– Алексей Викторович, а почему не удается задержать браконьеров на месте преступления?

– Случается, что бухты, в которых размещаются кордоны, забиваются дрейфующими льдами, поэтому инспекторам не удаётся своевременно спустить лодку на воду. Наше техническое обеспечение пока что уступает тому, чем располагают браконьеры. В прошлом году заповедник впервые за всю свою историю приобрёл два мощных стопятидесятисильных мотора, чему инспекторы были несказанно рады. В то же время, на браконьерских лодках стоят моторы в 200-300 лошадиных сил. Так что в «догонялки» с ними не поиграешь.

Браконьеры спасаются бегством

Тем не менее, представьте на минуту, что ваша лодка не уступает по быстроходности браконьерской. Вы несётесь за нарушителями, перепрыгивая с волны на волну, со скоростью 80 километров в час. Вы приблизились настолько, что вот-вот столкнётесь с ними, требуете немедленно остановиться, но на ваши призывы браконьеры никак не реагируют. Что делать? Подобно Джеймсу Бонду, рискуя сломать шею или попасть под винт, перепрыгнуть на борт браконьерской лодки и попытаться скрутить двух-трёх крепких парней в бараний рог? Идти на таран, стрелять по двигателю?

Очевидно, что инспектор должен всегда действовать в рамках закона. Нарушители закона об особо охраняемых природных территориях, напротив, только при контакте с инспектором вспоминают требования законодательства и только те, которые можно использовать для своей защиты. Именно поэтому часто приходится довольствоваться тем, что мы не даём им работать.

– Но всё-таки иногда удаётся проводить задержания?

– Конечно. В конце декабря инспекторы Геннадий Мелещенко и Николай Сливин задержали браконьера Дрокина в водолазном снаряжении, работавшего в бухте Средняя. Примерно в то же время инспекторы Михаил Командиков и Анатолий Тицкий задержали браконьеров Мещерова и Ефименко. В середине января в районе мыса Высокий инспекторы Николай Сливин и Сергей Табакаев задержали браконьеров Алиева, приехавшего из солнечного Азербайджана, и нашего соотечественника Калиничева.

– Расскажите подробнее о последнем задержании, пожалуйста.

– Пожалуйста. 16 января браконьерская лодка вышла к острову Большой Пелис архипелага Римского-Корсакова. Её заметил дежуривший на кордоне инспектор Тицкий и направился на перехват. Браконьеры, используя преимущество в скорости, уклонились от встречи и оторвались от преследования. Тицкий сообщил на кордон в бухте Средняя о нарушении границ заповедника и о предположительной траектории движения лодки нарушителей. Инспекторы Сливин и Табакаев отследили маршрут движения браконьеров, и вышли на их задержание. Умело используя рельеф береговой линии, они подошли незамеченными к мысу Высокому и произвели задержание лодки.

– А что браконьеры, не пробовали скрыться?

– Не пробовали. Дело в том, что в лодке находился только рулевой, а его напарник, аквалангист, уже погрузился. Бросив аквалангиста, рулевой поставил бы его в крайне сложное положение, поскольку ни выбраться на скалы, ни уйти далеко в гидрокостюме невозможно. Середина января – это вам не август.

Рулевой пробовал сопротивляться задержанию, но у инспекторов нашлись для него убедительные аргументы. Поднявшийся на поверхность аквалангист также был задержан.


Задержание браконьерской лодки

– Алексей Викторович, выше вы упомянули фамилию Тицкого. Не тот ли это инспектор, кто спас в районе бухты Спасения терпящих бедствие корейских рыбаков?

– Тот самый. Он снова выручил из беды корейцев. 16 января, во время дежурного патрулирования вдоль мористой стороны острова Большой Пелис, Анатолий Тицкий заметил терпящий бедствие баркас корейских рыбаков. Во время рыбалки они попали в сложную ледовую обстановку, поломали винт, дрейфовали с ледовым полем, и к моменту встречи с Анатолием у них уже два дня не было ни еды, ни дров для обогрева.


Анатолий Тицкий пробился сквозь дрейфующие льды

– А как корейские рыбаки на своих утлых плоскодонках укрываются от непогоды и обогреваются зимой?

– На баркасе есть небольшой кубрик для рыбаков, в котором стоит маленькая печка для обогрева. Даже при наличии дров тепла от неё не слишком много. Ну, а когда топливо закончилось, им оставалось только понемногу разбирать собственное плавсредство, чтобы топить печь и не погибнуть от переохлаждения. Надо учесть, что прохождение судов вблизи острова Большой Пелис затрудняется многочисленными подводными препятствиями, на которых не раз попадали в аварийные ситуации рыбацкие и торговые суда, а также боевые корабли. Так что, дрейфуя более чем в двадцати километрах от побережья, в случае резкого ухудшения погодных условий, весьма характерного в зимний период, корейцы могли запросто погибнуть.

– Но всё обошлось благополучно?

– Да. Анатолий Тицкий отбуксировал баркас на кордон, обогрел четырёх корейцев и два дня кормил их.

– Что, они были так плохи?

– Нет, но дрейфующие льды закрыли выход из бухты и два дня пограничники не могли забрать с острова нарушителей границы.


 Баркас корейских рыбаков у острова Большой Пелис

– Вы  молодцы: сберегаете море и его обитателей, да ещё и людей спасаете!

– Мы стараемся. Раньше считалось, что морю нельзя причинить ущерб в виду его огромности. Сейчас всем очевидно, насколько всё в нашем мире взаимосвязано. Тем возмутительнее, что часто меры, которые просто «лежат на поверхности», не применяются.

Вот в прошлом году много говорили об экологической катастрофе, вызванной разливом нефтепродуктов во время бункеровки судов около острова Большой Гаккель. Сам губернатор прилетал на вертолёте и лично боролся с последствиями разлива. К счастью, ветер был с юга, поэтому пятно нефтепродуктов не понесло в заповедник, а выбросило на побережье.

Казалось бы, нужно разобраться с виновниками случившегося, тем более что губернатор сказал, что знает, по чьей вине произошёл разлив. Но нет, вроде бы не хватило доказательной базы.

Неудивительно, что безнаказанность провоцирует занятия опасным бизнесом. Минувшей осенью снова сообщалось о разливе нефтепродуктов теперь с другой стороны заповедника – вблизи бухты Табунная. Известно, что в тех водах нередко базируются танкеры «Сказочный мост», «Восток», «Святой Павел», «LEDA-DV», печально знаменитый танкер «Владимир Высоцкий» и другие.

Бункеровки происходят и в настоящее время, что несёт непосредственную угрозу заповеднику, ведь в случае разлива пятно нефтепродуктов понесёт северным ветром в нашем направлении. Названия судов, координаты мест их нахождения, даты – вся эта информация может быть предоставлена компетентным органам.

– А почему суда бункеруются не в портах, где есть все условия для недопущения разливов нефтепродуктов и их быстрой ликвидации?

– В отсутствии должного государственного морского надзора, компании-бункеровщики экономят средства на сборах, могут не заниматься ликвидацией разливов и даже потихоньку слить нефтесодержащие воды.

– Значит, нужно нагрянуть с проверкой и принять соответствующие меры!

– Говорят, что эту беду может нейтрализовать секретное оружие – «волшебный чемоданчик».

– Я – не специалист, но, наверное, можно отследить движение танкерных судов в заливе Славянка и на рейде бухты Табунная?

– Я считаю, что можно и должно. Но пока что правоохранительным органам эта задача почему-то не поддаётся.

Равным образом браконьеры свободно перевозят свои лодки, снятые с учёта в ГИМС, по дорогам Хасанского района в поисках свободной воды. Я понимаю, что катать снаряжённую к плаванию лодку по дорогам законом не запрещено, даже если навигация давно закрыта, а на улице трещит январский мороз. Но ведь цель этих «покатушек» ясна даже неспециалисту!

Откровенно говоря, бессилие правоохранительных органов, неважно, мнимое оно или действительное, уже утомляет. Оторвитесь от бумаг, уважаемые господа, спуститесь на грешную землю, поговорите с людьми, и я уверена, что найдутся решения многих загадок, над которыми вы работаете в своих кабинетах!

Комментариев нет:

Отправить комментарий