четверг, 13 января 2011 г.

Тигр, я и любовь к турецким девушкам

 
Я, Александр Куликов, перед вами, тигр вдалеке, а потому не виден за кустами, ну а турецкие девушки, соответственно, - в Турции

Рассказал я тут недавно одну историю, как студеной и темной январской ночью в далеком зимовье подвергся нападению, как в первый момент показалось, злобного медведя–шатуна, а при более внимательном рассмотрении – собственного страха. В общем-то, получилась история с веселым концом, потому как шатун вблизи оказался мышкой, воспользовавшейся акустическим приспособлением в виде замерзшей пергаментной обертки от сливочного масла.

Но не всегда встречи с опасностью оказываются сгенерированными воспаленным мозгом. Иногда они реальные от начала до конца, несчастливого конца, потому что завершаются гибелью человека.

Об этом случае мне рассказал мой тесть, Эдуард Валентинович Поляков, вечная ему память. В конце семидесятых – начале восьмидесятых годов он несколько сезонов отработал штатным охотником в Малой Кеме, Тернейского района. В те годы одна из зим проходила подобно нынешней: в декабре прошел дождь! Сами понимаете, для зверья резкая оттепель, таяние снега под дождем, а потом намораживание ледяного панциря над землей – трагедия, если не катастрофа. И, как оказалось, не только для зверей.

 
Эдуард Валентинович и Марина 

На одном из охотничьих участков охотились два брата. Один из них побежал в поселок за хлебом, продуктами, да и в баньке помыться, а другой остался в зимовье. Почему они не пошли вместе – не знаю. Короче, когда брат через несколько дней вернулся, брата он не нашел. Искал сам, поднял мужиков в поселке, а нашли в итоге они не человека, а медведя-шатуна. Убили, а выпотрошив, обнаружили откушенную руку в фуфайке. Вот такие дела… Тело искали, да не нашли. А брат остался на участке и еще неделю бродил по знакомым местам и все надеялся найти хоть какие–то останки, да предать их земле. Снега не было, а потому и следов, так что найти то, что осталось от брата, никак не удавалось.

Вот однажды сквозь сон слышит он, как открывается дверь в зимовье и заходит брат, только лица его не видно и разглядеть его не удается, но он знает, что пришел брат.

– Послушай, брат, – говорит. – Ты где меня ищешь?

– Ну как, – отвечает брат, – вот там–то и там–то…

– Да нет, ведь я же пошел совсем в другую сторону. Пойдешь вот туда, помнишь, там небольшой ключик? Пройдешь по нему, там скалка есть, за ней выемка, вот там под валежником я и лежу…

До рассвета брат больше глаз не сомкнул, а как забрезжило, бросился, куда брат указал. Там, под валежником, его останки и нашел.

***

Что-то нынче у меня не очень весело получается. Что поделать – жизнь есть жизнь. Все в ней находит свое место: печали и радости, горе и счастье, рождение и смерть…

Нет, я сегодня, определенно, не в лучшей форме.

Начнем заново.

Той осенью стояла замечательная погода. Было сухо и тепло, легкие ночные заморозки немного закрасили листву, но днем солнышко светило не только ярко, но и жарко. А самое главное – лимонник уродился на славу. Вот за ним мы и собрались в окрестности Тигрового, к подножью горы Воробей. Со мною были: Юрий Ровин, Толя Уминский, Агит Попов, Володя Кузнецов и Толя Бабий.

Особо скажу об одном из нас. Это – Толя Бабий. Мы окончили один университет в Харькове, затем оба служили в армии, а познакомились уже во Владивостоке, когда стали работать в Институте химии ДВНЦ АН СССР. Толя – украинец, потомок запорожских казаков, но на первый взгляд (да и на второй тоже), на «щирого» украинца совсем не походил. Зато у него были две особенности, которые отличали его от любого из нас. Одна из них была наследственная, а другая – благоприобретенная.

Начнем с первой. На вопрос, почему у него, потомка запорожских казаков, такая не очень мужественная фамилия, он пояснил. В те давние времена, когда выражение «у Кривого Рога» означало корчму, которую держал казак, окривевший от сабельного удара, а набеги на Турцию были обычным делом, среди казаков были в ходу клички, а не фамилии. Толиному предку кличку «Бабий» дали за его любовь к прекрасным турчанкам. Пока более прагматичные казаки тащили в лодки экспроприированные у султана мануфактуру и прочие товары, «Бабий» занимался главными в его понимании ценностями. В смысле – любимым занятием.

Благоприобретенная особенность Толи заключалась в его любви к шахматам. Как и женщины, шахматы отвечали ему взаимностью. Он был чемпионом Приморского края, чемпионом Тихоокеанского флота, стал Международным мастером, спонсором и тренером детской команды.

Но не всегда и не все складывалось у него гладко и безоблачно. Толин изощренный ум и склонность к многоходовым комбинациям иногда оказывали ему дурную услугу. Случалось, что рассказывая жене почти правдивую историю о своей задержке на работе, он несколько увлекался, импровизировал и в итоге чуть–чуть искажал действительность. Вроде бы как мелочь, но не тут-то было! Известно, что женщины, будучи внешне (количество ног, рук, пальцев и т.д. – совпадает) похожи на нас, мужчин, порой ведут себя до такой степени отлично, что складывается впечатление, будто они прилетели с другой планеты. А некоторые из них и вовсе видят нашего брата «насквозь». Так и Наташа, Толина жена, выслушивая вполне правдоподобную на мужской взгляд историю, безжалостно прерывала его восклицанием: «Сколько можно врать!» Дошло до того, что однажды вечером, возвращаясь домой, в широко известное в узких кругах общежитие на Кирова-62, Толя сказал мне:

– Слушай, зайдем к нам, скажи Наташке, что мы задержались на партсобрании.

– Толя, но ведь мы действительно идем с собрания!

– Ну да, но ведь мне-то она не поверит!

Вот такая была «пронзительная» женщина. Но даже ей не удалось переделать Толю.

Закадычными друзьями мы с ним не были, но когда моя жена Марина заболела неизлечимой болезнью, мой маленький бизнес рухнул, поскольку потерял я к нему интерес, а те, кого считал своими, помогли падать, Толя пришел и без лишних слов (хотя в обычной жизни бывал многословен) заплатил за лекарства такую сумму, которая мне была не по плечу.

ТОЛЯН, СПАСИБО ЗА ВСЕ, ДАЙ БОГ ТЕБЕ ЗДОРОВЬЯ!!!

***

Мы поднимались не спеша по ключу Пигарееву, с тем чтобы в верховьях перевалить в Семенов и уже по нему вернуться в Тигровый. Наши куртки уже перекочевали в рюкзаки, котелки и пакеты понемногу наполнялись рясными кистями лимонника, все шло великолепно! К полудню мы почти вывершили ключ и решили остановиться на обед. Вскипятили чай, достали бутерброды, вареные яйца и помидоры, пару баночек сайры в масле и нехитрый перекус на небольшой полянке превратился в отличный обед на скатерти-самобранке, в роли которой выступал костровой тент.

Толя, который после окончания университета отслужил два года в Иманском погранотряде, рассказал как один из его бойцов, заступив ночью в наряд, по охране какого-то объекта, почувствовав смутное беспокойство, повернулся и оказался нос к носу с тигром. Парень был не местный, с «запада», тигра до этого видел только на картинке, а потому так растерялся, что забыл про автомат с боевыми патронами и так испугался, что с ним приключилась «медвежья болезнь». Мы весело посмеялись над незадачливым защитником границ СССР.

Зря, в общем-то смеялись…

***

Тигр, надо сказать, при своей яркой расцветке может быть совершенно невидим в тайге не только летом, но даже зимой. А ходит он бесшумно как кошка, наверное, потому, что и в самом деле является кошкой. Мой знакомый охотник рассказывал, как тигр испортил ему охотничий сезон. Зимовье моего товарища стояло на маленьком ручейке, который впадал в небольшой ключ. Товарищ ставил капканы и ловушки на колонка по этому ключу уже несколько лет, каждой осенью там охотился. Место это и зимовье я описал в рассказе о встрече с медведем–шатуном. Так вот, каждый день, выходя из зимовья, он спускался по ручейку до ключа и уходил от места слияния по путику вниз по течению на пару километров, проверяя свои ловушки. Проверив, поднимался вверх, проходя мимо места впадения своего ручейка в ключ еще на два–три километра, собирал колонков, снова настораживал капканы. Затем поворачивал вниз к ручейку, а вдоль ручейка – домой.

Первая неделя прошла в штатном режиме. Колонок, немного белки, все размеренно и привычно. А вот вторая неделя принесла неприятный сюрприз. Дойдя до самой нижней по течению ключа ловушки, он присел на валежину, выпил чаю из термоса, закусил лепешкой и направился по путику вверх. Вот те раз! В нескольких метрах от своей тропы он увидел свежий тигриный след. По следам было видно, что тигр тропил охотника до нижней ловушки, полежал в снегу, пока охотник подкреплялся лепешкой с чаем, а потом ушел в лес. Неприятно, но что поделаешь, пришлось заменить дробь пулей. Смотрел уже не на деревья в поисках белки, а на кусты, опасаясь тигриной засады. Охотник добрался по тропинке до верхней ловушки, взял по пути пару колонков, но радости не было. Нехорошее предчувствие его не обмануло. Спускаясь по ключу к своему ручейку, он опять увидел тигриные следы недалеко от своей тропы. На следующий день все повторилось сначала. Охотник проверял ловушки, а тигр ходил следом. Третий день прошел спокойно, тигр как будто бы ушел. Но на четвертый день опять тропил охотника. Этот день стал днем закрытия сезона. Человек не выдержал. Собрал ловушки, захватил шкурки и вернулся в поселок.

С тигром можно встретиться, когда он того захочет. А если не захочет, то увидеться с ним сможет только очень опытный охотник.

***

Мы перекусили, отдохнули и пошли к вершине ключа. Да недалеко ушли.

– Саша, смотри, что я нашел, – это меня позвал Толя. Подхожу и вижу картину, описанную подробно в русских народных сказках. Звучит это так: «Остались от козлика рожки, да ножки»! Действительно, четыре коротеньких огрызка ножек с остренькими козьими копытцами. Безрогий череп, аккуратно обглоданный с кляксами свежезапекшейся крови, горка содержимого кишок засыпанная ошметками козьей шкуры. Вот такая неудачная встреча… Хотя и не для всех ее участников она оказалась неудачной.

Созвали товарищей, благо все шли тесной группой и я им рассказал о том, как кому–то сегодня (а возможно, что еще со вчерашнего дня) неслабо повезло. Похоже – тигру, поскольку их это территория, да и место трапезы выглядело довольно аккуратно. Шутка ли – сожрать целую козу! Ведь это не только 20-30 килограмм высокосортного, почти диетического мяса, но также субпродукты и кости! Вот говорят: «Грустно жить на этом свете, в нем отсутствует уют, рано утром на рассвете, волки зайчиков грызут». А тут, понимаешь, коза – красивое и грациозное животное. Н-да… Жалко.

О чем надо было подумать? Правильно. «Пора рвать кохти». А вот у меня сообразиловка не сработала. Веселая компания, безоблачное небо, яркое и теплое солнышко, легкий ветерок и обилие лимонника, совсем не сигнализировали ни о какой, мало-мальски заметной опасности. Грустили мы над козой совсем недолго.

***

А вот зимой – совсем другой ход мыслей. В тех же местах, в минувшем декабре мне не раз доводилось ходить из Семенова ключа в Пигареев, и в обратном направлении из Сорок пятого ключа в Пигареев. Так вот, тигриные тропы там, в верховьях ключей, вблизи подножья Воробья, были так набиты по снегу, что я шел по ним и не проваливался. Правда, подолгу на тигриной тропе не задерживался. Идти удобно, да страшновато. Ну и не всегда тропа совпадала с нужным мне направлением.

***

Переваливать нам нужно было в Семенов, поэтому я решил забирать понемногу вправо и выползти на водораздел. Пошел вверх по склону и напоролся на такие лианы лимонника, что только держись! Сбросил рюкзак, прицепил солдатский котелок на шею, чтобы рвать ягоды обеими руками, и быстренько нарвал половину котелка. Обошел пару кустов и увидел лиану с такими рясными кистями! Но не успел сделать и несколько шагов, как услышал, как кто-то рявкнул впереди. Не сказать, что это был зверский рев, но почему-то у меня внутри все похолодело, а эти штуки, которые знающие люди не складывают в одну корзину, моментально съежились и уползли, по-моему, в самый центр живота. Передо мной, метрах в пятнадцати стоял

ТИГР!!!

Такое впечатление, что он просто вырос из–под земли! Стоял ко мне правым боком, выше по склону, а его голова была повернута прямо на меня. Как будто специально встал так, чтобы я мог хорошо его разглядеть. Я испугался, но ужаса не испытал. Не было ощущения, что мне – конец. Что делать? Бежать – нельзя. Стою как дурак, с котелком на шее, с замороженными мыслями в голове, а что предпринять – совершенно не знаю. Непонятно на какую реакцию с моей стороны рассчитывал тигр, но стоять ему надоело, и он, повернувшись, медленно пошел от меня вверх по склону. «Черт побери! Почему я не вытащил фотоаппарат из рюкзака! Ведь никто не поверит моему рассказу о встрече с тигром, а я мог совершенно запросто его сфотографировать!» Наверное, я подумал слишком громко, потому что тигр прошел всего-то метров пять-десять и остановился. Странно, только и успел я подумать. А он начал не по-детски хлестать хвостом по бокам и кустам. «Блин, что же делать?» – только и пришло в голову, как тигр развернулся и пошел ко мне. Хотите – верьте, хотите – нет, но страха не было, а было что-то вроде очень сильного беспокойства. Так я стоял, раскрыв рот, в полном ступоре, пока он не вышел на полянку, разделявшую нас, поднял голову и посмотрел мне… Нет, не просто в глаза, а прямо в душу и даже еще глубже, в живот, что-ли… И вот тут что-то произошло со временем. Оно очень сильно ускорилось. В моей голове все мысли понеслись со скоростью звука, или даже еще быстрее. Глаза, естественно, я отвел от его глаз, но за одно только мгновение успел рассмотреть не только все полоски, но даже все волоски на его морде. Лицом я был повернут в его сторону, смотрел ему под ноги, понимая, что смотреть ему в глаза или показывать спину и удирать – нельзя. Быстро пропятился задом несколько метров до ближайших кустов и как только скрылся от тигра за кустом, заорал что было мочи:

– Толя!!!

– Чего тебе» – отозвался Толя, он был всего в двадцати метрах ниже меня по склону. Я подлетел к нему и выдохнул: «Тигра встретил, давай ребят собирать». Вид у меня был такой, что Толя поверил сразу. Все были неподалеку и на наш зов тут же собрались около нас. Кроме Агита Попова.

– Агит, – кричим, – иди сюда.

– Чего надо, у меня тут лимонник – отвечает.

– Надо, давай скорее.

– Если вы про тигра, так он ушел.

Как оказалось, Агит находился неподалеку от меня, на другой стороне оврага, рассекавшего склон. Он услышал, как рявкнул тигр и наблюдал нашу с ним дуэль взглядами со стороны. После того, как я оставил место встречи и, сшибая небольшие деревья, помчался «поговорить» с Толей, тигр рявкнул еще раз и ушел за водораздел, в Семенов ключ. Этого рявка я уже не слышал.

Даже не знаю, почему?

Александр КУЛИКОВ 

1 комментарий:

  1. http://trv-science.ru/2010/12/07/pilite-shura-pilite/

    ОтветитьУдалить