пятница, 19 августа 2011 г.

Ген беспокойства

Узкая, извилистая дорога, густо поросшая с обеих сторон лесом, привела меня к одному из старейших биологических учреждений Дальнего Востока – ГНУ Дальневосточной опытной станции Всероссийского научно-исследовательского института растениеводства имени Н.И. Вавилова Российской академии сельскохозяйственных наук (ВИР).
Николай Иванович Вавилов трижды посещал Дальний Восток, в том числе, и Приморье, сам выбрал место для станции – эту уникальную естественную природную лабораторию. И, конечно, выбор места был не случайным. Своеобразное расположение цепи сопок, окаймляющих долину, способствует созданию благоприятных условий для развития грибных болезней на растениях, коллекций зернобобовых, овощных, плодово-ягодных культур и винограда.

Зона деятельности станции распространяется на Приморский и Хабаровский края, Амурскую и Сахалинскую области.

В директорском кабинете на стене висит цитата знаменитого академика: «У каждого ученого должен быть мощный ген беспокойства. Он должен быть одержимым». И люди, работающие на опытной станции, такой ген имеют. Иначе нельзя решить задачи, стоящие перед сотрудниками ВИР.


П.А. Чебукин  Альбом: Биологи, биотехнологи


«Научно-исследовательская работа на станции ведется по пяти направлениям, – рассказывает директор Дальневосточной опытной станции кандидат сельскохозяйственных наук Павел Анатольевич ЧЕБУКИН. – Это интродукция лучших отечественных и зарубежных селекционных сортов, местных сортовых популяций и сородичей культурных растений путем экспедиционных сборов, выписки из-за рубежа с целью использования материала в селекционных целях. Во-вторых, – сохранение жизнеспособности и подлинности образцов мирового генофонда путем эффективного хранения и своевременного пересева семян, ремонта и закладки многолетних насаждений. В-третьих, на основе комплексного изучения генетических ресурсов – выделение источников и доноров хозяйственно ценных признаков для создания новых сортов и гибридов, сочетающих скороспелость, повышенную устойчивость к полеганию, наиболее опасным болезням, вредителям и стрессовым факторам среды. В-четвертых, – разработка и внедрение новых принципов и методов комплексной оценки генофонда культурных растений и их дикорастущих сородичей. И в-пятых, – создание новых сортов и гибридов сельскохозяйственных культур с целью увеличения производства сельскохозяйственной продукции и разработка методов первичного семеноводства». На Дальнем Востоке опытная станция ВНИИР – ведущее учреждение по решению этих проблем, а значит, с геном беспокойства у научных сотрудников опытной станции все в порядке.

Наша справка. На Дальнем Востоке станция является ведущим учреждением по вопросам сбора генетических ресурсов, сохранения, комплексного изучения, выделения источников и доноров хозяйственно ценных признаков для создания новых сортов интенсивного типа, размножения и рассылки коллекционного исходного материала в селекционные центры страны, а также семян в Национальное хранилище России на длительное хранение; разработка и внедрение новых принципов и методов комплексной оценки генофонда культурных растений и их дикорастущих сородичей.

За годы существования станции сохранялось в состоянии всхожести и находилось в размножении свыше 130 тысяч образцов мировой коллекции ВИР, изучено более 110 тысяч образцов, получено 180 сортов, из которых – 80 в разные годы районированы, а некоторые из них не потеряли своего значения и в настоящее время. Разослано 60 тысяч образцов ценного исходного материала в селекционные учреждения страны.

Сотрудники станции проводят совместные исследования с десятком научных учреждений, семь из которых – селекционные центры страны. Налажено сотрудничество с Дальневосточным отделением РАН – «много точек соприкосновения» с Биолого-почвенным институтом, Тихоокеанским институтом биоорганической химии, Ботаническим садом-институтом.
«С Ботаническим садом-институтом сотрудничаем по актинидии, – поясняет Павел Анатольевич Чебукин. – Если в БСИ это растение изучают с точки зрения его декоративных свойств, то мы упор делаем на его свойства как пищевого продукта, источник витаминов и биологически активных веществ».

С ТИБОХ проводятся совместные работы по переработке дальневосточных растений, сохранению полезных свойств веществ в продуктах переработки. Станция поставляет сырье, а биохимики исследуют его состав, выделяют биологически активные вещества, определяют их структуру, изучают возможность создание на их основе лекарств, биологически активных добавок.

Ученые станции ведут сбор местных и инорайонных сортов сельскохозяйственных культур и их диких сородичей. За последние три десятка лет экспедиционными отрядами станции обследованы районы Дальневосточного региона и юго-восточные районы Сибири. С БПИ особенно активно сотрудничают при подготовке к экспедициям. Когда научным сотрудникам станции нужно собрать растения того или иного вида, первым делом они обращаются в гербарий Биолого-почвенного института, чтобы выявить ареал распространения этих растений.
Кроме того, станция ведет обмен образцов по заявкам с зарубежными странами – Канадой, США, Норвегией, Францией, Индией, Китаем, Кореей, Японией, Венгрией, Польшей, Болгарией, Монголией. Сотрудничает также и со странами ближнего зарубежья – Украиной, Беларусью, Казахстаном, Молдовой и другими.


П.А. Чебукин  Альбом: Биологи, биотехнологи

Нынешний директор ВНИИР родился в Тульской области. Оттуда родители Павла переехали за «длинным рублем» в Магадан. Именно там у мальчишки проснулся интерес к изучению жизни растений. После окончания школы приехал в Уссурийск и поступил в сельскохозяйственный институт. Преподаватели разглядели его склонность к научной деятельности и рекомендовали на дальнейшее обучение в аспирантуру. Работая на станции был направлен в аспирантуру ВИР в Ленинград. Защищался в Хабаровске, в Дальневосточном научно-исследовательском институте сельского хозяйства Россельхозакадемии. «Там много специалистов по плодоводству, поэтому дальневосточные «плодовики» стараются защищаться у них. Когда в диссертационном Совете много специалистов по профильным культурам, гарантировано детальное рассмотрение работы во всех ее аспектах и, соответственно, вероятнее ее утверждение в ВАК», – продолжает рассказ Павел Анатольевич. С 1988 года он связал свою судьбу со станцией растениеводства, работает здесь уже 23-й год.

– Павел Анатольевич, помнится, в постперестроечные времена в СМИ писали о том, что денег не было даже на выплату зарплаты сотрудникам. Как станция выстояла?

– С большим трудом. Года два вообще не было финансирования. Как выживали сотрудники станции? Как многие жители России: подрабатывали где придется… Но мы не «разбежались», выстояли, практически сохранив основной кадровый состав.

– Приходят ли к вам на станцию студенты?

– Да, Дальневосточный федеральный университет, Приморская государственная сельскохозяйственная академия присылают к нам студентов на практику, в том числе, и для работы над дипломными проектами.

Но после окончания вузов молодежь не приходит на станцию растениеводства. Интересную работу новым сотрудникам станция дать может, а ее достойную оплату – нет. Средняя зарплата сотрудника станции сегодня составляет 11 тысяч рублей. Как во Владивостоке можно прожить на такие деньги? Остроту проблемы можно было бы сгладить, будь у нас служебное жилье. Его нет и нет ни одной реальной возможности решить жилищную проблему для сотрудников, не обеспеченных жильем.

– Павел Анатольевич, неужели на просторах станции трудно найти маленькую площадку под строительство общежития?

– Площадку найти можем, но не имеем права что-либо на ней построить потому, что земля находится в федеральной собственности.

Ведомственное жилье на станции раньше было, расходы за предоставленные коммунальные услуги станция несла, рассчитываясь за всех жильцов, в том числе и задолжавших, численность которых временами составляла половину всех проживающих. Когда прекратилось финансирование, было принято вынужденное решение о передаче ведомственного жилья в муниципальную собственность. Станция выжила, но – дорогой ценой, в отличие от других опытных станций, которые попросту разорились. Например, селекционной станции в Краснодарском крае насчитали штрафные санкции в размере 20 миллионов рублей… Как им быть, если таких денег взять неоткуда? В целях спасения станции РАСХН вывел ее из ВИР и прикрепил к Северо-Кавказскому зональному НИИ садоводства и виноградарства – сильному институту, который сможет погасить долги станции… Иначе станция, обладающая самой большой коллекцией косточковых культур, была бы потеряна.

Наша Дальневосточная опытная станция сохранила свой статус и продолжает работы по выбранным направлениям. Сотрудники ездят в экспедиции, собирают материал, привозят на станцию, затем его сохраняют. Значительная часть финансирования расходуется на сохранение того, что накопили. Что сохраняем, то и изучаем, рекомендуем для возделывания как садоводам, так и сельхозпредприятиям.

– А как хранят семена?

– Как хранится семенной фонд? Рассмотрим на примере сои. Наша коллекция сои – 4,5 тысячи номеров. А у ее семян такая особенность – три года полежали – теряют всхожесть. Поэтому специалисты каждые два-три года высевают ее в поле, затем собирают и вновь размещают на хранение. Другой способ – холодное хранение. Есть специальные хранилища, например, Кубанское национальное хранилище, где при низкой температуре в вакуумной упаковке семена могут лежать двадцать-тридцать лет, сохраняя при этом свою всхожесть.

Проблема в том, что вся коллекция ВИР составляет порядка 250 тысяч номеров. Что бы ее заложить в холодное хранилище в ближайшие десять лет, сотрудникам станций необходимо ежегодно выдавать свыше 20 тысяч номеров, а это неподъёмно. Финансируется только зарплата и ничего больше. На все остальное – оплату света, воды, покупку топлива и прочие хозяйственные нужды «ВИРовцы» должны зарабатывать сами.

Наметились, было, изменения в лучшую сторону, но гигантские проекты в Сочи и во Владивостоке не дают возможности повышать бюджетное финансирование. Третий год оно осуществляется, на неизменном уровне, без индексации… Нам рекомендуют на каждый выданный бюджетный рубль заработать еще по 70 копеек. Стараемся, но сельхозинституты нашего региона, даже самые сильные, не могут «поднять» эту цифру выше 30 копеек. Чаще всего она стремится к нулю.

– На чем станция может заработать?

– Даже на семенах можно неплохо заработать. Семена той же сои уйдут по цене вдвое больше рядовой. Можно заработать на питомниководстве.

– Если я правильно понимаю, нужно сеять сою, разводить малину, клубнику, смородину, жимолость, провести рекламную кампанию и предложить все это аграрникам и дачникам?

– Нас клиенты затопчут. Это, конечно, шутка, но спрос на рынке действительно есть. Однако чтобы выйти на рынок, потребуется разработать и осуществить достаточно сложный бизнес-проект, который «поднять» самостоятельно мы не сможем. Как известно, земледелие – вид деятельности, сопровождающийся высоким риском при малой норме прибыли. В шутке о том, что вложение в сельское хозяйство – самый надежный способ лишиться денег, правды больше, чем собственно шутки.

Собственных финансовых средств для реализации бизнес-проекта у нас нет, а заемные под приемлемый процент – недоступны. Начинать с маленьких объемов и масштабировать тоже затруднительно, нам не дадут «вырасти». Мы расположены в пригороде, а у нас даже охраны нет. Интерес со стороны населения оборачивается хищениями, а случалось, – порубкой плодовых деревьев. Внимание со стороны некоторых государственных структур может обернуться утратой земель.

– Это как бы рейдерский захват?

– Это как бы желание собрать неиспользуемые федеральные земли в большой государственный «мешок» и раздать под строительство дешевого жилья. Так коротко характеризует цель сравнительно недавно созданный «Федеральный фонд содействия развитию жилищного строительства». Фонд намерен содействовать созданию промышленных парков, технопарков, бизнес-инкубаторов в целях формирования благоприятной среды жизнедеятельности человека и общества, в том числе, безопасных и комфортных условий проживания для всех категорий граждан.

– Звучит хорошо. А как это может коснуться станции?

– Так же как коснулось уникальной коллекции образцов плодово-ягодных и кормовых культур Всероссийского НИИ растениеводства имени Николая Ивановича Вавилова в городе Павловске (Павловская ОС ВИР), которая в настоящее время находится под угрозой уничтожения.
Распоряжениями Росимущества участки федеральной земли, на которых расположена коллекция, были переданы в собственность Фонда. Между тем, на данных площадях находится 99% крупнейшей в Европе коллекции, которая собиралась с 1926 года и насчитывает более 10 тысяч образцов.

Фонд планирует продать право на заключение договора аренды по данному земельному участку «для его комплексного освоения в целях жилищного строительства». На данной площади предполагается строительство малоэтажной коммерческой недвижимости, а попросту – частных коттеджей.

– И как теперь быть?

– Работать. Именно это мы делали, этим и впредь будем заниматься. За прошедшие нелегкие годы у нас выкристаллизовался великолепный коллектив настоящих профессионалов, ответственных, мудрых людей. Трудностям не удается выбить нас из седла.

В отделе науки станции работает 22 человека, среди которых восемь научных сотрудников, в том числе один доктор наук и шесть кандидатов наук, в отделе семеноводства 25 человек. Это старший научный сотрудник, заведующий лабораторией полевых культур Павел Павлович Булах, младший научный сотрудник Артур Ришатович Чингизов, заведующий лабораторией овощных культур, научный сотрудник Ольга Александровна Чунихина, научный сотрудник Ольга Григорьевна Наврось, заведующий отделом семеноводства, заместитель директора станции Александр Григорьевич Крамаренко, заместитель директора по науке, ведущий специалист по ягодным культурам кандидат биологических наук Андрей Шамильевич Сабитов, биохимик, научный сотрудник кандидат биологических наук Людмила Ивановна Сабитова, заведующий научной библиотекой Наталья Дмитриевна Чуприна.


В.П. Царенко Альбом: Биологи, биотехнологи


Особых слов заслуживает Вера Петровна Царенко. Она работает на станции с 1971 года, двадцать лет была ее бессменным руководителем. Вера Петровна – доктор биологических наук, член-корреспондент Россельхозакадемии, в настоящее время – заведующий лабораторией плодово-ягодных культур и винограда. Но «кабинетным ученым» ее не назовешь, она руководила 22 экспедициями по обследованию ареалов культурных и дикорастущих восточноазиатских видов плодовых растений и сбору в коллекцию станции наиболее интересных для селекции образцов на территориях Амурской и Сахаланской областей, Приморского и Хабаровского краев.
Вера Петровна для многих сотрудников станции как заботливая мама. Она сама очень энергичный человек и людей вокруг «заражает» энергией и оптимизмом. Помню, затормозилось у меня написание диссертации. Так после разговора с нею и время нашлось, и диссертация «написалась». Сейчас она освободилась от административных забот, что позволило ей сконцентрировать силы на написании монографий. Пишет она настолько интересно, что ее работы переиздают коллеги в других регионах.

Слова «талантливый человек – талантлив во всем» в полной мере относятся к Вере Петровне. Она еще и стихи пишет замечательные. Писать их она начала еще в студенческие годы, дарила друзьям, специально не собирала. И только при подготовке монографии, перебирая экспедиционные блокноты, в которых были многочисленные стихи, отобрала некоторые из них и опубликовала свою первую книжку. Сейчас их издано несколько, причем один сборник выпущен в Магадане и на Камчатке. Там тоже Веру Петровну знают и любят.

Некоторые из своих стихов Вера Петровна дарит читателям «Дальневосточного ученого»…

Запоздалая в этом году весна плавно перешла в обычное приморское лето. Совсем еще недавно безрадостная однообразная картина леса преобразилась. Молоденькие листочки протянули свои зеленые ладошки навстречу солнцу. Зазеленело-зацвело все как в первый раз, согласно законам природы. Выращенные заботливыми руками сотрудников станции растения цветут, плодоносят, и процесс этот не остановить, как саму жизнь.


В.П. Царенко Альбом: Биологи, биотехнологи


Вера ЦАРЕНКО
Стихи

Я РАССКАЖУ ТЕБЕ
Я расскажу тебе о белых березах,
Как светлы и чисты они в роще лесной.
О солнце в их кронах, о радуге в косах,
Но нет тебя рядом со мной.

Я расскажу тебе о рябине.
Где ты найдешь алые гроздья такие?
Слагают ей песни поэты и птицы лесные,
Ты ведь знаешь, какие.

Я рассказала б тебе об осинке,
Что одиноко стоит на опушке лесной.
Как я иду по осенней тропинке,
Что же ты ходишь тропинкой не той?

ДОЖДЬ
Дождь, ведь он живой!
По крышам любит он ходить
Вприпрыжку иль походкою иной.
По улицам и площадям бродить.

Попутно вымыл крыши чисто
И окна светятся, блестят.
И вот уж ручейки несутся быстро,
Цветы на клумбах умытые стоят.

Дома и тротуары поют песни:
«Смотрите же, вот он какой!»
И не было в них лести,
Когда он шел по мостовой.

А он все шел и шел, и шел...
Следя за каплями, их беготней.
И были его шаги легки,
А капли мчались наперегонки.

А он спешит, спешит и на лету
Меняет свой маршрут, почти
И резво бьются о планету
Упруго капельки-мячи.

ПОДСНЕЖНИК
Набухших почек нежность,
Лазурь на небе от весны!
Среди проталинок подснежник
Еще досматривает сны.

Проснется, а у природы – все с начала.
Не оторвать счастливых глаз.
Я столько лет весну встречала
А он-то, знаете ли, в первый раз.

МУРАВЕЙ
Муравей несет былинку
В пять раз больше самого.
Короткую б найти тропинку
И стройку жилища своего.

Песчинки, камушки как скалы.
В пути легко ли муравью
Через преграды и завали
Тащить одну свою?

А он упрямец тащит,
Упорно и шепчет на ходу
От натуги глаза таращит, –
Все равно я дотащу!

Он так устал от тяжести такой,
Передохнул, качая головой,
Но дом-то строить надо,
Чтоб не залило водой.

И с родичами вместе
Знакомый муравей,
Не зная отдыха, покоя
И слышно, как жилище строя,
Шуршит былинкою своей.

***
Лето. Горизонт. В зените солнце,
Белые струятся облака
И звенит, звенит в колосьях солнце,
Жатвою не тронутых пока.

Ветер пробежал по волнам хлеба...
Хорошо бы вновь студенткой стать.
И мечтая, в клевере лежать,
Глядя в опрокинутое небо.

РЯБИНА
Снегами травы и кусты тепло укрыты.
А ели, сосны гордо ветви распушили,
Стволы осин, берез от ветра заслонили.
И от мороза крепкого прикрыли.

Там, в глубине, заснеженной равнины
Стоят рябины обособленно, куртиной.
И грозди ягод вспыхивают в поднебесье
Дрозды-рябинники поют им свои песни.

Они сладки, в начале декабря
И как бы души не были ранимы,
Забудьте, встретив горечь. И не зря
Вкус жизни так похож на вкус рябины.

***
Солнце! Как же это дивно –
Жить, любить и признаваться вслух
В мире, где ликуют неразрывно
И весна, и снег, и плоть, и дух!

НЕ ЛЮБЛЮ Я ТЕХ…
Р.О.
Не люблю я тех, кто не страдал,
Кто не мечтал и не знал цены жизни.
Кто и слезы пролить не смог на тризне
Кто и бессонной ночью не стонал.

Не люблю я тех, кто лишь срывал
Легко и беззаботно цветы жизни,
Кто, словно по асфальту по отчизне,
Погоду, выбрав ясную, шагал.

Кто ни потерь, ни бед не пережил,
Ни страха, ни тоски... Кто жизнь прожил
Без толку, посмеиваясь втихомолку
Над теми, кто в мире подвиги вершил.

Люблю за то, что в светлом исступленье
Ты тернии в дороге вырывал.
За то, что ты не падал на колени,
Хоть иногда смертельно уставал.

За то, что смерть встречал и побеждал,
Отогревал росток своим дыханьем.
И как звезда из туч, и – назло страданьям,
Сияя, веру в счастье утверждал.

Целую в величавое чело,
И славлю сердце, что с кулак размером,
Не поддаваясь суетным разменам,
Носить в себе судьбу земли смогло.

НЕ БОЙСЯ НЕИЗВЕДАННЫХ ДОРОГ
Не бойся неизведанных дорог,
Тех стран, куда мечта так манит.
Изведай все. Тогда родной порог
Еще роднее и дороже станет.

Конечно же, увидишь мир иной,
Познаешь жизнь народов и наречий,
Но обретешь душевный ты покой,
Здесь вспомни, русских встречи.

Где встретишь русскую душевность?
Лесов и рек, родных полей простор.
И песен русских сердечную напевность,
Чужое сопоставляя и свое – наперекор.

Ты только сердце не растеряй в пути.
И помни, «коней на переправе не меняют».
Кто человеком жизнь сумел пройти,
Россию, на чуждый их язык не променяет.

ЛАНДЫШ
Нарядный лес и зелени свежесть –
Неторопливо иду тропинкою лесной.
Навстречу мне знакомый ландыш
Приветливо кивает головой.

Завернутый в светло-зеленый лист,
Как в мушкетерский плащик боевой,
Он горд, прохладен, и душист.
Как на посту стоит, такой родной.

А колокольчики, головки наклонив,
Звенят мне тихо по секрету,
Что чувствуют тепла прилив
Весне на смену, приходит лето.

Вступает теплота в свои права,
Идти приятно по тропинке мне.
Я радуюсь весенней теплоте,
Мне нравится зеленая трава.

ЛЕТО
Свой первый луч тепла и света
Нам щедро дарит лето.
Умытые росой цветы
Сияют ярко на рассвете.

Вокруг раскинулся травы ковер,
А воздух свежей влагой напоен.
И небо, сопки, все ласкает взор
И моря ширь, и полей простор.

Распахните окна скорее, вдохните,
Медовым воздухом подышите.
Пусть ворвется в окна домов,
Свежесть утренних цветов.

БУХТА «ЗОЛОТОЙ РОГ»
Бухта Золотой Рог, прекрасна ты.
Такой яркий, изумительный пейзаж.
И, когда смотришь на нее с высоты,
От восторга дух захватывает аж.

Воистину, Рог изобилия, Рог золотой.
Из которого рассыпаны острова.
Поражаешься не только их красотой,
Но и величием залива Великого Петра.

Там в дымке виден остров Русский,
Слева и справа омывают берега,
Залив Уссурийский, залив Амурский.
Куда не глянь, – голубое небо и вода.

И Рейнеке с Поповым рядом острова,
На острове Попова музей морской.
Его экспонаты из среды морской и дна,
Своеобразный и впечатляющий такой.

Рассекая волны залива Петра Великого,
Идут степенно корабли и бегут катера,
Но в акватории залива многоликого,
Вдали ожерельем раскинулись острова.

На зеленом острове Большого Пелиса,
Сохранились редкие виды растений.
Недалеко и скалистый остров Брюса,
Огражденные теперь от посещений.

Не страшны им шторма и тайфуны,
Увидеть и встретиться можно порой
С редкими видами флоры и фауны.
Здесь создан заповедник морской.

НИЧЕГО НЕ ОСТАЛОСЬ
(ПЕРЕСТРОЙКА, ПЕРЕСТРОЙКА…)
Ничего не осталось от былых красот
Перестройка в России полным ходом идет.

От пустой болтовни дегенератов с высот,
Головной болью сильно страдает народ.

Наступил период всеобщего рынка,
Неприглядная получилась картинка.

Ничего в промышленности не создается,
Зато все покупается и все продается.

Все улицы обросли торговыми ларьками,
Да и в кого мы превращаемся сами?

И в городе нашем отключается летом вода,
А зимой в квартирах недостает тепла.

Кто ветеранов согреет холодной зимой?
Кто глоток воды поднесет им в зной?

Сокращаются пашни, стада на селе,
Без работы глубинка живет как во мгле.

Где лес и уголь, нефть и газ?
Зато бесстыдная реклама напоказ.

Труд честный, нынче не в цене,
Продали совесть, погрязли в барыше.

Сокращения, сокращения, где же предел?
Зашкалился имущества и земли передел.

И наука страдает. Где прогресс?
Куда ни глянь... пошел процесс.

Мне обидно и больно за тебя, Россия,
Где доблесть и гордость твоя, Россия?

ДРУГ ПОЗНАЕТСЯ В УДАЧЕ
Друг познается в удаче
Больше порой, чем в беде.
Если глаза свои прячет,
Завидует, значит тебе.

Если успех твой, удача
Сжигает и травит душу его.
Он может еще поступить иначе,
Но зависть горькое сеет зерно.

Встречает тебя, как прежде,
Правда, здоровья и счастья желает реже.
Он уже погрузился в тину, –
Выждет момент и ударит в спину.

Друг познается в удаче
Больше порой, чем в беде.
Если рад он твоей удаче,
Значит, верен и предан тебе.

***
Прислушайся, о чем поет душа,
Сегодня солнце светит ярко.
Шумят, шумят вокруг леса
И птах поет так радостно и звонко.

Прислушайся, о чем поет душа,
Что небо голубое, покоем пленена,
А во дворе щебечет детвора,
Ведь это самая счастливая пора.

Прислушайся, о чем поет душа,
Жизнь, ты хороша, в тебя я влюблена!

МОРЕ
Море дышит спокойно,
На поверхности голубизна.
Вода чиста и прозрачна,
Что видно жителей дна.

Но вот набежала волна,
За ней торопливо – вторая,
Напевая не сложный мотив,
Так начался прилив.

И так волна за волной,
Нарушена гладь морская.
Море свободно вздохнуло
Белых чаек на волнах качая.

Навстречу волне я плыву
Не спеша и под нее ныряю.
В прохладную глубину
Волны мягко меня обнимают.

То вверх на гребень, то вниз
Поднимает и опускает море.
Захватывает дух, когда летишь
С волною новой споря.

Гребень волны рассекая,
Соленый вкус воды хлебну.
И полежу я на волнах,
Подобно чайкам, отдыхая.
 

Комментариев нет:

Отправить комментарий