воскресенье, 12 января 2014 г.

Защитим морской заповедник!

В ноябре прошлого года в администрацию Хасанского муниципального района поступило письменное обращение директора Дальневосточного морского биосферного заповедника ДВО РАН. Суть обращения в просьбе оказать заповеднику содействие в борьбе с браконьерством путем организации на территории Хасанского района межведомственного взаимодействия всех природоохранных и силовых структур. 

Главой Хасанского муниципального района С.В. Овчинниковым было назначено совещание с представителями Государственной инспекции по маломерным судам по Хасанскому району (ГИМС); Владивостокского межрайонного отдела по контролю, надзору, охране водных биологических ресурсов и среды их обитания Приморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству; Хасанской государственной районной инспекции Находкинской государственной зональной инспекции Пограничного управления ФСБ России по Приморскому краю; Отдела Министерства внутренних дел РФ по Хасанскому району и Прокуратуры Хасанского района. 

О проблемах защиты заповедника от браконьеров мы беседуем с директором, кандидатом биологических наук Сергеем Михайловичем ДОЛГАНОВЫМ.

– Сергей Михайлович, неужели администрация Хасанского района без вашего письма не догадывалась о необходимости организации борьбы с браконьерством?

– Догадывалась, конечно. Но администрация района не имеет полномочий по решению вопросов, связанных с борьбой с браконьерством.

– Значит, «спасение утопающих – дело рук самих утопающих»?

– Охрана территории и акватории заповедника с целью сохранения биологического разнообразия – одна из важнейших задач, поставленных перед нашим учреждением, но не будем забывать о наших союзниках в лице силовых и природоохранных структур. Без них нам уже не справиться, поэтому и просим помощи.

За тридцать пять лет существования заповедника через отдел охраны прошло немало людей, отдавших своё время, силы, здоровье, а некоторые – саму жизнь благородному делу сохранения для грядущих поколений биоразнообразия прекрасного уголка залива Петра Великого, на котором располагается Дальневосточный морской биосферный заповедник ДВО РАН.

Разрабатывались концепции охраны заповедника, проводилась модернизация его материально технической базы. Тем не менее, именно скудость материально-технической базы отдела охраны заповедника не позволяет в полной мере препятствовать браконьерству. Нужны новые современные быстроходные плавсредства. Хотя, замечу, что на пути соревнования с браконьерами в приобретении всё более совершенных моторных лодок и ещё более мощных моторов нам победы не видать. В настоящий момент Академия наук испытывает не лучшие времена, нет у нас в достатке финансовых ресурсов, поэтому нужен иной подход к решению данной задачи.

Более перспективным направлением считаю формирование межведомственного сотрудничества с целью пресечения деятельности браконьерских бригад в местах их постоянного базирования. Но, к сожалению, наладить такое взаимодействие пока что не удаётся, а оно сейчас крайне необходимо.

Так газета «Золотой Рог» пишет на своих страницах: «Бездействие контролирующих и силовых структур привело к тому, что в прибрежных водах вооруженные группировки браконьеров уже среди белого дня ведут незаконный промысел».


Возможно, данная оценка чрезмерно эмоциональна, но ведь в самом деле, ситуация с правонарушениями на акватории Хасанского района оставляет желать много лучшего.

– Насколько мне известно, браконьерские лодки в целях маскировки часто закрашивают регистрационные номера. Значит, даже если охрана заповедника не задержит, а «выдавит» браконьеров за пределы своих границ, Государственная инспекция по маломерным судам захватит эти «летучие голландцы» на акватории залива Петра Великого за нарушение правил их эксплуатации?


– Не так всё просто.
Смотрите, что происходит на практике. Осенью и зимой основным объектом браконьерской добычи становится трепанг, поскольку он приобретает наилучшую товарную кондицию. Говорю о трепанге, но при задержании водолазов мы видим в питомзах всё, что можно продать. Однако именно трепанг, в силу своей высокой закупочной цены, становится главным объектом незаконного промысла и покрывает все расходы организаторов преступного бизнеса на содержание лодок, оплату водолазов и судоводителей, приобретение навигационного оборудования, средств связи, приборов ночного видения, бензина, запчастей и прочего.
С началом ноября закрывается навигация для маломерного флота и государственные инспекторы как ГИМС, так и заповедника могут находиться на акватории только в ранге нарушителей закона. Я обратился в государственную инспекцию во Владивостоке с просьбой продлить навигацию для служебных маломерных судов в целях охраны биоресурсов заповедника, но получил отказ. Начальник отдела ГИМС по Приморскому краю О.М. Капленко не продлил нам навигацию. Вы можете спросить, а что же браконьеры? А браконьеры не обращались в ГИМС за разрешением и, соответственно, отказа не получили.

– Получается парадоксальная ситуация: законопослушные государственные инспекторы не имеют права выходить на задержание браконьеров даже в том случае, если водолазы – нарушители закона будут поднимать трепанга на глазах у охраны заповедника?


– С точки зрения существующих законов – именно так. Государственные инспекторы охраны заповедника не должны спускать плавсредства на воду, но я полагаю, что в приведённом вами случае инспекторы заповедника выполнят свои служебные обязанности.

Разумеется, закрытие навигации должно распространяться на все маломерные суда и, конечно, нельзя нарушать границы особо охраняемых природных территорий (ООПТ). В заповеднике запрещено изымать трепанга и прочие биоресурсы. Но закон не действует автоматически. Он работает только тогда, когда есть люди, которые следят за соблюдением закона и обеспечивают его исполнение. Нарушителя нужно увидеть, задержать, расследовать правонарушение, правильно оформить документы, предъявить обвинение и добиться осуждения преступника в суде. Не хватает заповеднику силенок в одиночку пройти весь этот непростой путь.

А пока что с территории посёлков, расположенных на побережье Хасанского района, таких, как Андреевка, Зарубино, Посьет, Славянка в осеннее-зимний период свободно выходят маломерные плавсредства браконьеров и направляются на разграбление заповедника. Домой они возвращаются с добычей. Особенно вольготно чувствуют себя браконьеры, базирующиеся в бухте Бойсмана.


Местным жителям Хасанского района хорошо известны скупщики трепанга, места расположения баз браконьеров и цехов по переработке морепродуктов. Вы можете приехать и убедиться в справедливости моих слов, увидев эти лодки своими глазами. Кстати, они зафиксированы нами в фото и видеоматериалах. На этих лодках организованные группы браконьеров занимаются промыслом трепанга не только на акватории заповедника.

– Значит, ГИМС не работает?

– За год, по словам заместителя начальника отдела ГИМС по Хасанскому району, инспекторы ГИМС составляют около 200 протоколов на правонарушителей, поэтому я не могу сказать, что они не работают. Но сейчас навигация закрыта и для маломерных судов ГИМС, штат инспекции невелик, а длина береговой линии Хасанского района протянулась на пятьсот с лишним километров и контролировать её удаётся далеко не всегда. Вот, если бы мы объединили и скоординировали свои усилия, то результат был бы совсем другим, не в пользу браконьеров.

– Я полагаю, что катера браконьеров, как правило, находятся на стоянках, известных контролирующим организациям. Учитывая, что они не только уходят в море, но и возвращаются на берег с «добычей», чего проще подождать возвращения браконьеров и как следует оштрафовать их? Тогда они задумаются…

– Не задумаются.
Свою добычу они перегружают в малодоступных для наблюдения местах, а к стоянке катеров подходят пустыми. Поэтому оштрафовать их можно всего на одну тысячу рублей за нарушение сроков навигации маломерных судов. Такой штраф никого не остановит и не заставит задуматься. Госинспектор Росрыболовства Е.Г. Гончарова рассказала на совещании, что один нарушитель попался и был оштрафован 18 раз по пять тысяч рублей и все штрафы погасил.


Речь сейчас не о том, чтобы обвинить ГИМС или полицию в отсутствии работы по пресечению правонарушений. Я говорил на совещании и повторю для газеты, что для всех упомянутых выше организаций, в круг обязанностей которых в той или иной степени входят природоохранные функции, крайне важно добиться согласованности в действиях.

– Сергей Михайлович, если вами зафиксированы номера некоторых лодок, значит, можно узнать и имена браконьеров? Кто эти люди?

– Преимущественно местные жители и немного «южан», возраст которых, как правило, 30-45 лет. Они отлично управляются маломерными судами с моторами в 250-300 лошадиных сил. Среди них есть профессиональные водолазы и опытные судоводители. Они прекрасно знают акваторию залива Петра Великого. Для них не составит труда ночью, в туман при плохой погоде прийти в нужную точку акватории, опустить двух-трех водолазов, которые в темноте с фонарем добывают трепанга.


Если повезёт избежать встречи с охраной заповедника, браконьеры доставляют добычу на береговые базы, где этот трепанг варят, сушат и готовят к транспортировке. Поскольку трепанг не пользуется спросом на внутреннем рынке, он весь уходит в Китай.

– Каким образом?

– Вопрос о том, каким образом нелегальные партии сушёного трепанга транспортируются по территории Приморского края, а затем пересекают государственную границу, следует адресовать полиции и Федеральной службе безопасности России.

Я не знаю, как пресечь контрабанду трепанга в Китай. Но полагаю, что установить береговые базы переработки трепанга – задача посильная для полиции Хасанского района. В конце концов, население района не очень велико, около 34 тысяч человек, а добычей и переработкой трепанга занимаются не инопланетяне, а местные жители, у которых есть родные, знакомые и соседи, которые «в курсе дела». Круговая порука не позволяет выдавать «своих».


Но есть надежда, что всё-таки найдутся честные и ответственные люди, которые думают не только о сиюминутной выгоде, но и о будущем своих потомков. Не дать разграбить богатства моря близ берегов Хасанского района – общая цель, как для заповедника, так и для всех жителей района. Очень важно обратиться к их совести, привлечь на сторону защитников уникальной природы южного Приморья. Помощь средств массовой информации и жителей Хасанского района в природоохранной работе трудно переоценить.

Пользуясь случаем, я обращаюсь ко всем честным людям с просьбой помочь нам в борьбе с браконьерами. Если вам стало что-либо известно о любом виде правонарушений, связанных с браконьерством, сообщите, пожалуйста, по телефону доверия (423) 231-0915 в администрацию заповедника.

– Но почему эти люди, браконьеры, до сих пор на свободе?


– Потому что существует презумпция невиновности, круговая порука, прямое покрывательство браконьеров. В силу недостаточно высоких скоростных характеристик наших лодок мы не можем догнать и задержать браконьерскую лодку, но нам удаётся задержать водолаза. Водолаз, как правило, сбрасывает улики (питомзу с трепангом) на дно, поэтому у инспекторов нет других законных оснований кроме наказания его штрафом на сумму 4 тысячи рублей в соответствии со статьёй 8.39 КоАП «Нарушение правил охраны и использования природных ресурсов на особо охраняемых природных территориях». Вот и все. Назавтра браконьер снова «на работе».


Наши инспекторы, схватившие браконьеров за руку с поличным, неоднократно возмущались, что нарушители закона выходят «сухими» из заповедной воды. Это не удивительно, у браконьеров опытные и дорогие адвокаты. Я не раз высказывал мнение о наличии на территории Хасанского района организованных преступных групп, «работающих» по трепангу. Не так, поправляет прокуратура. У нас пока ещё нет доказательств, достаточных для столь сильных заявлений. Есть преступления, которые совершены группой лиц, но это не то же самое, что «организованная преступная группа».


У силовых структур района нет доказательств, у заповедника нет сил и средств, для того, чтобы добыть эти доказательства. Но я не сомневаюсь, что объединив усилия, можно многого добиться на пути искоренения браконьерства в Хасанском районе.
А тем временем браконьеры бросают вызов не только охране заповедника, но и силовым структурам, показывая, кто действительно контролирует прибрежные воды. Их катера не боятся таранить лодки государственных инспекторов заповедника. Они уже вступали в прямое противоборство с охраной марикультурных хозяйств. Сколько ещё ждать установления порядка? Пока прольется кровь? Как в станице Кущевской?


Не так давно мне рассказали о встрече группы мужчин в кафе посёлка Зарубино. Они случайно встретились, случайно заговорили о ловле трепанга, а как стемнело – их катера случайно оказались на акватории одного из хозяйств марикультуры. Охрана помчалась в темноте ловить непрошенных «гостей», а тем временем подошедшие чуть позже основной группы несколько катеров «отработали» участок.
Как наверняка догадался читатель, на катерах оказались водолазы. Конечно же, случайно.
Или всё-таки организованные преступные группы на территории Хасанского района есть?
Александр КУЛИКОВ
Фото А. АЛАТЫРЦЕВА, М. СКЛЯРОВОЙ

Комментариев нет:

Отправить комментарий